Любовь против (не)любви

Могу родить тебе рыжую дочь…

— Она тоже может родить мне рыжую дочь, — сказал Жиль, а потом понял, что, наверное, это было лишним.

— Кто она? Твоя Кати, которую ты то и дело поминал в беспамятстве? — рассмеялась сова. — А она-то знает? Что ты уже ждешь от неё дочерей?

Он только вздохнул, потому что она, конечно же, не знает, откуда? Да и он сам не знал… вот до этого момента. Он был уверен, что встретит свою судьбу, как встретил свою его отец когда-то, но… что это, выходит, его судьба — зеленоглазая и рыжехвостая, и немного лисица, и может принять его силу? Ведь правда, она может принять его силу, а этого не мог никто, ни одна женщина-маг из тех, с которыми ему доводилось встречаться!

Она невероятно стыдлива, и строга, но и нежна — когда распахивается ему навстречу. И в глазах её восхищение, и неутомимое любопытство ко всему, что касается магических сил. И она столько всего знает и умеет, причём о том, о чём сам Жиль не имеет ни малейшего понятия. И она вдова…

Не нужно ли уже понемногу двигаться на юг, хотя бы — до Телфорд-Касла? Потому что… она говорила, что у неё какие-то владения, мало ли, кому эти владения покажутся лёгкой добычей?

Но пока лекарство снова сморило его, и пришёл сон. А во сне к нему пришла она — рыжехвостая Кати. Она сидела рядом, держала его за руку и говорила что-то ласковое.

65. Зачем, зачем я повстречала его на жизненном пути (с)

Катерина очень слабо понимала, как она в тот день добралась из королевского дворца домой. Наверное, Джон с Анной помогли, и Грейс. Дома она попыталась было, не раздеваясь, рухнуть на постель, но была остановлена воплем Грейс:

— Миледи, как можно! Вам же это платье ещё не раз ко двору надевать!"

"— Ты думаешь? — сумрачно поинтересовалась Катерина.

— Ну а как же?

Пришлось позволить Грейс переодеть себя в любимую серую шкурку. И умыть. И переплести волосы попроще. И все украшения снять — ну вот зачем столько, честное слово, там ведь не разглядишь, что на ней надето! Что за мода дурацкая — ни ходить толком, ни сидеть, только стоять, и то к стене не прислонись! А они, говорят, в таком ещё и танцуют, у-у-у-у!

Позвали к столу, но Катерина замотала головой и упала-таки на постель. Не выйдет. Без неё обойдутся. Здесь она не хозяйничает, потому что Анна справляется, и вообще она без пяти минут леди Телфорд. Значит, и к обеду можно не выходить.

Осторожный стук в дверь известил о появлении Джона.

— Кэт, что случилось? Что я пропустил, скажи, пожалуйста? А у меня такое ощущение, что именно пропустил, и что-то важное.

Катерина вздохнула, села, выпрямилась.

— Я чуть не убила Рональда прямо во дворце. И в следующий раз убью, если он не уймётся. Я вообще не кровожадная, довольно терпимая и всегда готова прислушаться к доводам разума.