Любовь против (не)любви

Сестрёнка прожгла мастера суровым взглядом и продемонстрировала отличный уровень силы и владения ею — для пятнадцати-то лет, и была безоговорочно принята. Сказала, что жить будет там же, в школе, ей так удобнее, потому что… потому что.

Это уже позже Жиль разобрался, что с родным братом у Марибель не сложилось хороших отношений — он её не любил и боялся из-за силы, но хотел, оказавшись главой семьи, просватать её за кого-то из друзей. И очень обиделся на мать, которая не позволила этого сделать, а на единоутробного брата просто обиделся, на сам факт его существования. Как это — у него и такой брат, сын не пойми кого и ещё некромант в придачу. Когда ему, бедняге, доводилось встречаться с этим не пойми кем при дворе, его прямо корёжило. И Жиль думал, что случись всё это лет на пять раньше — он бы не отказал себе в удовольствии подразнить Альбера де Линь — хоть своим наличием, хоть тем, что пока Марибель в школе Света, до неё никак не добраться. А сейчас всё это казалось глупым до ужаса, и на все попытки Альбера показать свою ненависть он смотрел со смехом, чем, однако, злил его ещё больше.

Но — Альбер просто герцог де Линь, просто как-то там смотрит за своими владениями, кажется — не слишком хорошо, потому что его величество Анри всё время недоволен, и как-то даже обращался к госпоже Жийоне, чтоб поговорила с сыном и поставила ему голову на место — так он сказал. Госпожа Жийона вроде даже поговорила…но Альбер только ещё больше озлобился. В том числе и на то, что матушкино приданое ему не досталось — она забрала его и доходы с него для себя, для Марибель и для родившейся вскоре Марго. А там было немало, потому что матушка не только знатна, но и богата. Но ничего, или жизнь научит дурака, или — ничего уже не поделаешь.

Сам же Жиль госпожу Жийону сначала оценил, как сильного мага и здравомыслящую женщину, которая, как оказалось, крепко любит его отца. Отец изменился и воодушевился — он всегда был жизнерадостным и довольным судьбой, а тут прямо лучился счастьем. И только за счастье отца уже можно было восхищаться ею, но — госпожа Жийона интересовалась и им тоже, его занятиями, его успехами и его службой королю. Они много беседовали, так вышло — и эти беседы всегда воодушевляли Жиля. С ней было интересно — её учили не так, как его, и у неё были книги, отсутствовавшие в Ордене Света, которые собрали её — и его, так выходило — предки-некроманты. Он уже и не думал, что сможет узнать о своём даре что-то новое, но — узнал, и всё это — благодаря ей. Госпоже Жийоне. Матушке.

Пожалуй, такой вариант матери — самый лучший, так думал Жиль.

И надеялся на то, что ему тоже, как и отцу, удастся найти себе супругу — одарённого некроманта. Потому что только с тем, кто с тобой одной крови, ты можешь чувствовать себя — собой.