Любовь против (не)любви

 — Тут, понимаете ли, дело такое: против неживого врага можно только специфической силой, и — жизнью. Готов кто-нибудь отдать жизнь за то, чтобы упокоить нашу весёлую компанию? — и с усмешечкой оглядел собравшихся.

Джон нахмурился, Рональд усмехался, Джейми не поверил.

— Эти скорее пополнят ряды, чем упокоят, — прошептал сзади Оливье по-франкийски.

— А раз желающих нет, то — обедаем, и продолжаем тренировку.

Обед был дивный — обычный суп из курицы сварили с какими-то душистыми травами или корешками, и с лапшой, вот прямо с лапшой! Каша была рассыпчатая, зернышко к зёрнышку, и мясо тоже запекли каким-то необычным способом.

— Неужто матушка забрала не только Полли, но и своего любимого Джилберта, и у нас теперь новый повар? — поинтересовался Джейми, глядя в упор на маленького сухонького старичка, ловко и с ужасающим акцентом командовавшего прислугой.

— Виаль прибыл с мной, — коротко поклонился Жиль. — Он — очень хороший повар, кроме прочего. И знает, что следует добавить в пищу для восстановления магических сил.

— Его можно расспросить? — Катерина глянула на Жиля.

Если всё завершится благополучно и они уцелеют, то в Торнхилле ей очень пригодятся эти знания.

— Можно, — кивнул он. — Джеймс, ты всё ещё желаешь побыть на нашей тренировке?

— Да, не откажусь, — тут же согласился тот. — Что делать?

— Расскажу. Только придёшь не сразу, а… в общем, позовём.

А делать пришлось опять Катерине — атаковать.

— Рассказывай, рыжехвостая, какой силой ты атакуешь.

— Да никакой, — замотала она головой.

— Нет атакующей силы, что ли? Вовсе? — нахмурился он.

— Умею причинить боль, и всё.

— А так бывает? — усомнился черноглазый Оливье.

— Бывает, — кивнул Жиль. — Постой, давай не будем торопиться. Может быть, ты просто не пробовала. Что говорили тебе твои безалаберные наставники?

— Нормальные наставники, просто у них своя жизнь, они не нанимались меня учить.

— Э, нет, это так не работает. Чтоб маг отказался взять ученика — да он должен быть на голову стукнутым, ученики нужны всем."

"— Они из Старшего народа, у них своя логика.

— Ты уже не первый раз упоминаешь Старший народ, кто это вообще? — Жиль взял её за руку, усадил на лавку, а парням своим кивнул — подбирайтесь и слушайте.

— Это… это не люди. Они живут… как бы это сказать… в параллельной реальности, в общем. И увидеть точки входа можно только по их воле или в особых случаях. У них просто своя жизнь, очень своя. И могут они очень многое. Две их женщины меня немного учили — одна, а потом и другая. Мать и дочь, Мэгвин и Бранвен.

— А где их можно посмотреть? — у Оливье даже глаза загорелись.

— Так вот и не посмотришь, если им самим того не захочется. Даже если прицельно звать, могут не отозваться, всё в их воле, — улыбнулась мальчику Катерина.