Нелюбимая для властного лорда

– Леди Стилл? – невозмутимо кланяется дворецкий.

Бросаю мятый кусок пергамента на стол и задаю всего один вопрос.

– Это она?

Гант надевает на глаза пенсне, неторопливо подносит к лицу обрывок газеты, пробегает её глазами. По мере прочтения уголки его губ опускаются вниз, а возле рта образуется печальная складка.

Дворецкий шумно вздыхает и проводит рукой по гладко зачёсанным назад волосам, нещадно их взлохмачивая.

Вполне себе красноречивый ответ.

Отодвигаю стул, тяжело опускаюсь вниз, ставлю локти на стол и упираюсь лбом в ладони. Немыслимо. Это какой-то дурной сон. Неужели, всё было зря? Вся борьба – зря?

Неужели, любимый мужчина должен достаться другой? Судьба упорно сводит их во второй раз! А как же я?

– Мне очень, очень жаль, леди Элира, – доносится сверху голос дворецкого.

И сколько сочувствия в его скупых словах! Если бы у меня было хотя бы немного сил удивляться, я бы непременно это сделала. Но внутри сейчас пустыня, и сил на эмоции нет.

Вот только высшие силы это нисколько не заботит.

В Большой зал вбегает мальчишка-лакей, его глаза вытаращены, а лицо раскраснелось:

– Господин Гант! – завидев меня, мигом осекается. – Ой! Леди Стилл.

Мальчик кланяется. Дворецкий морщится, снимает с носа пенсне, неторопливо его протирает:

– Домин, объяснись, что за срочность была носиться по коридорам? Это разве игровая площадка, а?

– Господин Гант, гос… – глотает окончание фразы, страшно волнуется.

Дворецкий явно недоволен его манерами, и, чтобы Гант вновь не начал отчитывать мальчика, я ободряюще ему улыбаюсь:

– Ну что, что там стряслось, малыш?

– Там кто-то приехал! Какой-то экипаж! Чужаки! – и показывает рукой в сторону коридора.

Мы с Гантом переглядываемся. Дворецкий вновь нацепляет на лицо маску невозмутимости, почтительно мне кланяется и идёт прочь из зала.

Я поднимаюсь и следую за ним. Ноги словно свинцом налиты, каждый шаг мне даётся с трудом, потому что я не хочу туда идти. Потому что мне кажется, что я знаю, КТО мог приехать к нам с внезапным визитом издалека.

Я не хочу идти туда, не хочу видеть, не хочу знать, но… иду."

"Застываю в проёме арки, где заканчивается коридор, ведущий в прихожую. Затаив дыхание, смотрю, как Гант выходит в вечернюю темноту. Холодный порыв ветра из приоткрытой двери бьёт по ногам, колышет подол моего нежно-розового платья.

Снаружи раздаются голоса, они приближаются. Стихии! Женский и детские!

А потом порог переступает женщина в чёрном дорожном плаще, наброшенном поверх светло-серого платья с воротом под горло. Я никогда её не видела, но сразу узнала.

Ларии Лэйтона, о внешности которых я когда-то давно наводила справки, были всего лишь копиями. А сейчас передо мной стоит оригинал.