Уравнение с тремя неизвестными

В голове и в глазах, хоть они и были закрыты, все время мелькали радужные круги, какие возникают при попадании бензина в лужу. Они сходились и расходились, кружились, вызывая головокружение и тошноту, и Нина пыталась кричать, чтобы их отогнать и снова оказаться в спасительной черноте.

Из горла вырывался только жалобный стон, ничего больше, но она об этом не знала. Круги становились все больше и ярче, соединяясь и сливаясь в одно большое разноцветное пятно. В этом пятне отчетливо выделялись семь цветов, последовательно сменявших друг друга. Красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий, фиолетовый.

– Каждый охотник желает знать, – послушно забормотала она, не осознавая, что губы у нее шевелятся, но не издают ни звука.

– Что, Ниночка? Что ты сказала? – Ей послышалось или эти слова действительно предназначались ей?

Она никак не могла понять, кто с ней говорит. Кто обращается по имени. Мама? Сын? Свекровь? Новый знакомый, Вадим Горелов, такой опасный и привлекательный одновременно? Или покойный муж? И что это значит, что она тоже умерла?

Радужное пятно вдруг в одночасье превратилось в белое. В этом не было ничего удивительного, ведь всем известно, что белый свет при прохождении через призму превращается в радугу из семи цветных полос, которую Ньютон назван спектром. Каждый школьник, добравшийся на пути освоения наук к физике, знает, что это явление называется дисперсией. Нина говорила своим ученикам десятки раз, что оно объясняется зависимостью показателя преломления и скорости света в веществе от частоты или длины световой волны.

Белизна слепила, и Нина вдруг осознала, что смотрит в потолок. Белый-белый. Она чуть скосила глаза, увидела склонившееся над ней мужское лицо, совершенно незнакомое. Лицо смотрело с интересом, к которому примешивалась легкая тревога. На мужчине хлопковая рубашка цвета морской волны с треугольным вырезом, в котором курчавились темные волосы, и медицинская шапочка такого же цвета. Так. Это же врач.

– Очнулась, – с удовлетворением отметил тот. – Что с давлением?

Нина снова покосилась по сторонам, отметив неимоверное количество медицинских приборов, которым она не знала названия. На большом мониторе мигали какие-то цифры, но наклонившийся над ней человек смотрел не на него, а ей в лицо. От монитора к ней, Нине, тянулись какие-то трубки. Значит, она в больнице.

– Растет. Уже восемьдесят на шестьдесят. Пульс шестьдесят пять.

Отвечающий голос был женским, и Нина мимолетно осознала, что это, видимо, медсестра. И как она сюда попала? Ответ на этот вопрос всплыл в глубинах сознания. На Нину навалились запахи и картинки цветущего весеннего сада.