Игры с Тенью, или Семь поцелуев для недотроги

Она вела себя, как истинная мать. И это вызывало глубокое уважение.

Все-таки женщины поистине странные существа. Их нежность, ранимость и очарование могут отлично уживаться с решительностью, смелостью и безрассудством.

Правда, Асвальд все испортил, когда включил свою «вежливость и тактичность» и глупую, непонятную мне отвагу. Он бросился в бой, а миссис Кирвин от испуга нажала на спусковой крючок. Пуля угодила аккурат в бедро моего брата.

Он взвыл от боли и упал на пол каюты, а миссис Кирвин, увидев, что натворила, потеряла сознание.

На этой ноте наша «преступница» и попала в руки законников.

После недолгого допроса, который был ей устроен, мы узнали, что ее муж был Хранителем. Правда в браке они прожили совсем недолго, потому как на одном из заданий его убили. И она, к моему великому удивлению, до сих пор не могла смириться с этой потерей. Поэтому всю свою любовь и заботу отдала детям. Сообщив, что она просто спасла их от жестокости и ужасной жизни.

Я слушал ее и не мог понять… Что это? Огромная сила любви? Или действительно одна из граней сумасшествия?

— Но ты забыл, Тар, что все дети — полукровки, — простонал Асвальд и крепко зажмурился. — И что это именно Трези сказал ей срочно убираться из города. Что она будет делать, когда в детях проснется магия?

— Ну, насколько я понимаю, она готова к этому периоду их взросления. Или ты считаешь, что детям лучше в приюте?

Миссис Кирвин честно рассказала нам, что мистер Трези подсказывал, как обращаться с магической стороной ее детей, когда наступит час, и в них пробудятся силы. И как я не допытывался у нее об истиной причине общения с Дариусом, художница испуганно твердила одно и то же. Что он просто давал наставления и советы и свято хранил ее тайну.

Но такое сочетание, как «дети-полукровки и Дариус Трези» вызывало во мне подозрение, ярость и ненависть. И в его благие намерения мне верилось с трудом.

Я даже решил проверить самих малышей на наличие меток или ран от опытов, но ничего так и не нашел.

Миссис Кирвин поведала, что Трези заявился к ней сегодня утром, дал денег и отдал купленные билеты на корабль. Он просил уехать из города, как можно скорее, предположив, что дети в опасности. И наша «воительница кистей и красок», испугавшись до чёртиков, незамедлительно последовала его совету.

О какой опасности он говорил? Что этот старик уже задумал?

Но несмотря на противоречивые чувства, я все же отправил нашу многодетную мать в столицу. Правда в компании двух законников для сопровождения и охраны.

— Все равно не нравится мне это все… — пробурчал недовольно Асвальд и стиснул зубы, шумно втянув в легкие воздух. — Она меня подстрелила, а ты ее отпустил.

— А какого черта ты бросился к ней? Она же уже протянула руку, чтобы положить револьвер на стол, — парировал я.