Недостойный сын

Завалился спать там же, где и стоял, глядя очередные «мультики» из чужой жизни.

4. Без масок

Утро началось со знакомых серьёзных стражников и наручников. Кстати, теперь я знаю, почему вчера назвал их энфарами — это типа младших офицеров. Радует, что процесс обучения идёт, и в голове появляются новые знания, постепенно упорядочиваясь. Глядишь, через какое-то время освою всё оставшееся от бедолаги Ликкарта и смогу перенять его личность полностью. Главное, чтобы он меня не придавил своими преступными наклонностями, но судя по тому, что кроме знаний и воспоминаний, не чувствую посторонних мыслей — один я тут, и раздвоение сознания мне не грозит.

— Как спалось? — поинтересовался вошедший присмер. — Ничего нового рассказать не хочешь?

— Ваше Безгрешие, ну что нового может произойти за ночь? Низ всё так же снизу, а верх — сверху. Будут изменения — обязательно сообщу Вам первому.

— Всё шутишь, Ликкарт? Держи… Сам делал и отраву вместо приправ не использовал — жалко тратить дорогое добро на проходимца.

Огромный сэндвич, выуженный из-под мантии, появился у него в руках. Как же он одуряюще пах, маня к себе, уговаривая вцепиться зубами в ароматную корочку на двух кусках белого хлеба, между которых торчали зелень, сыр и МЯСООО! Много мяса!

Просто зомбированный видом нормальной еды, которую давно не видел, даже не помню, как выхватил это сокровище у присмера. Урча от наслаждения, сожрал сэндвич за пару минут, глотая большими кусками, почти не пережёвывая. Приятная тяжесть в желудке сразу настроили на благодушный лад.

— Так и предполагал, что наручи тебя не остановят, — разрушил идиллию жрец. — Зря только надевали!

Я посмотрел на свои руки… Ух, ё! На правой болтаются закреплённые наручники, а вот левая, пусть и ободранная слегка, но полностью свободна от оков.

— Не понял… — выдавливаю из себя, пытаясь сообразить, как смог выбраться.

— Зато я понимаю, Ликк. Врождённая аномалия сустава большого пальца позволяет тебе складывать левую ладонь. Специально просил своих телохранителей сильно не затягивать. Ты этот трюк уже мне показывал когда-то… Не помнишь?

— Может, и показывал. Я много чего кому показывал…

— Значит, это скрыто в твоём сознании, — впился жёстким взглядом присмер в моё лицо, — Вопрос в другом. КТО ты? Я могу долго это выяснять, применяя уговоры или более болезненные методы, но не люблю тянуть время там, где его можно сократить. И не надо говорить, что передо мной Ликкарт — его я слишком хорошо знаю, впрочем, как и всю семью Ладомолиусов. Будь ты им, то удивился бы, что у тебя есть сёстры. Одна только! В единственном числе! Да и мать твоя, Литария, жива и здорова!

— Проверочка вчера была? — как можно спокойнее, стараясь не выдавать охватившее волнение, поинтересовался я.

— Именно.