Недостойный сын

Первое — есть предложенную пищу не просто не рекомендуется, а очень губительно для здоровья. Этот недалёкий мужик слишком напирал на дегустацию. Теперь уверен, что до вечера, после подобных яств, не дотянул бы. Второе — мой титул ридгана. Даже с такими тяжёлыми обвинениями и отдавленной правителю мозолью, меня легче тихо убить, чем разжаловать. Поведение тюремщика яркий показатель, что и за решёткой остаюсь «белой костью». Хотя есть одна несостыковка — врач франга мне привычно тыкал, а этот исключительно на Вы.

«Франга — он же, воюющий со смертью, — опять ожил внутренний справочник. — Для лекаря едино, кого забирать из её рук. И канган, и простой борга одинаково важны для Эрины Милостивой».

Понятно. Доктора имеют право с титулами не церемониться. В принципе, правильно, а то высокопоставленный больной на шею сядет и ножки свесит. Потом хорони его, важного, но мёртвого, объясняя у собственной виселицы злым родственничкам усопшего, почему вместо сердечных капель бочку вина прописал и клизму при непроходимости аристократического седалища не поставил, ежечасно бегая за любимыми сухариками покойного. А так: канган не канган — держи пилюлю в пасть и не рыпайся! Болей и слушай, что умный франга говорит!

Да! Ещё «борга» какие-то упомянулись. Память молчит про их определение, но судя по ссылке из неё, кто-то с другого конца иерархической цепочки. Скорее всего, простолюдин, незначительный человечишка."

"Ох и задолбали эти новые термины! Голова кругом! Цаки и пацаки на гравицапах! Словно в старый фильм «Кин-дза-дза» попал! Надо потихонечку упорядочивать их в голове, пока мозги не закипели. Хотя, может и обойдётся — ещё неизвестно, чего мне воспоминания Ликарта подбросят вдогонку. Есть ощущение, что только начинаю обучение, пока не до конца сроднившись с телом.

Тело… А насколько им хорошо владею? Стою, хожу и сижу легко, но это всё безусловные рефлексы, над которыми задумываться не приходится. Есть и условные, выработанные в процессе жизнедеятельности. Их тоже проверить надо. Недолго думая, поднимаюсь со своего лежбища и провожу пару боксёрских ударов по воображаемому противнику. Замечательно! Никакого дискомфорта и заторможенности — лишь приятное, давно забытое ощущение молодого, здорового организма!

Хорошо-то как! От переизбытка чувств подпрыгнул и сделал «вертушку» — удар ногой в воздухе с разворотом… Вот те раз! Да я в лучшей своей форме на Земле подобного сотворить не мог, частенько игнорируя даже примитивную зарядку, а тут легко взмыл шаолиньским монахом! Нет! Не так всё просто с моим перемещением! И хоть умудрённая годами голова работает в обычном режиме, но от Ликкарта тоже кой-чего осталось! Знать бы, чего…

Сон опять пришёл ударом мокрого валенка по голове.