Недостойная

И честно говоря, я сам до сих пор не очень хорошо понимаю, как это возможно. Ты не маг, у тебя сломан контур — как ты можешь не гореть в пламени? И не Альго. Чтобы догадаться о том, что ты закалился в Геенне, как кусок стали, и огнём тебя теперь не возьмёшь — это нужно быть гением. И провидцем заодно. Тем более, что ты оттуда вернулся весь в ожогах… Слишком невероятно, Берт.

— Получается, это теперь часть моей кровной магии.

— Вероятно, так.

— Значит, Геенна воздействует на кровь…

— Наверное, — Гектор пожал плечами. — А может, это была разовая акция. В любом случае экспериментировать и запихивать тебя опять в Геенну или просто в огонь, мы не будем. Если ты сгоришь, я тебе этого не прощу.

Арманиус засмеялся, и в этот момент посреди кабинета начали появляться стены лифта.

— Эн возвращается, — Дайд кивнул на лифт. — И кстати… я смотрю, она пока без кольца Арчибальда. Впрочем, и без твоего тоже.

— Молчи, — Берт закатил глаза и, спохватившись, поморщился — они всё ещё болели.

Дайд оставил их с Эн в библиотеке Арманиуса и, пробормотав «Есть хочу зверски», умчался.

Она тут же попросила Берта лечь и, быстро достав из своей неизменной сумки какие-то склянки и шприцы, поинтересовалась:

— Так кто в итоге стал ректором? Вы не можете это почувствовать?

— Нет. Попозже свяжусь с Велмаром, спрошу. И поздравлю заодно.

— Так уверены?

— Совершенно.

— А… его-то никто убить не попытается?

Вот это тоже волновало Арманиуса, но спросить Дайда он не успел.

— Я надеюсь, что нет, Эн. Но это в любом случае будет непросто, особенно если он стал ректором. Да и комитет не дремлет.

— Ну да, не дремлет, — она фыркнула, поворачиваясь к нему лицом. — Вас вон чуть не угробили. Так, сначала глаза давайте, а потом уже остальное… — И, помешкав, она всё-таки спросила, уже делая ему укол в глаз: — А пламя вас не сожгло из-за Геенны, да?

Берт молчал — не мог ответить, язык будто прилип к нёбу.

— Ах, точно… Но это логично. Надо будет Рону рассказать.

— Зачем? — Арманиус едва не подпрыгнул."

"— Ну как же. — Эн вновь отошла к сумке и стала набирать второй шприц. — Он ведь изучает артефакты, в том числе кровную магию. Это может быть важно.

Пару секунд Берт молчал, раздумывая.

— Эн… я прошу тебя, не говори пока никому ничего. В том числе Рону.

Она кинула на Арманиуса быстрый взгляд, улыбнулась.

— Подозреваете?

— Да, — не стал скрывать Берт. — Не обижайся, но…

— Я не обижаюсь. — Она вновь обернулась и подошла ближе, держа шприц вертикально. — Если вас интересует моё мнение, то Рон не может быть замешан ни в каких заговорах.

— Почему ты так думаешь?

— Я давно его знаю, — ответила Эн, всё еще улыбаясь, — и он всегда был прям и прямолинеен, как палка. А еще он слишком не любит аристократию, чтобы ввязываться в их игры.

Берт промолчал.