Недосягаемая

Когда-нибудь, возможно, когда мы станем старыми и мудрыми и поймем, как мало значат в общем итоге все эти трагедии и сердечные раны, вероятно, мы и будем вместе. Но до тех пор Кристин останется в одиночестве — девушкой без прошлого. Когда-то я сделала такой же выбор, но совершенно по другой причине. Это нелегко — и если вы будете там, чтобы заботиться о Кристин, беречь ее и любить, я буду вам очень благодарна.

— Спасибо. — Харри протянул руку, и когда Лидия подала свою, крепко пожал ее. — Спасибо, — повторил он.

Она поняла, что он пытается выразить благодарность, для которой не может найти слов. Гость пошел, хромая, к двери. Когда он дошел, Лидия остановила его.

— Харри, — взволнованно позвала она. — Когда вы повидаетесь с Кристин, поговорите с ней и выслушаете ее ответ, то не сочтете за предательство написать мне?

— Конечно, напишу, — ответил Харри.

Он вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Лидия взглянула на часы на каминной полке. Она еще раз сняла трубку, назвала номер Эйвон-Хауса, и через несколько минут ее соединили со старшей медсестрой.

— Это вы, миссис Станфилд? Я все утро пытаюсь дозвониться до вас.

— Я тоже. Как моя сестра?

— Мне очень жаль, но леди Эйвон провела беспокойную ночь. Появляются нарывы. Мне кажется, если вы сможете, миссис Станфилд, вам следует приехать не откладывая.

— Вы хотите сказать, что ее положение критическое?

— Врач будет здесь с минуты на минуту, — ответила старшая медсестра. — Мне бы хотелось, чтобы вы, миссис Станфилд, выслушали его заключение. А еще мне бы хотелось, чтобы вы были здесь… на всякий случай.

Лидия сразу поняла, что пытается сказать старшая медсестра. Она была не из тех женщин, кто склонен к преувеличению и любит поднимать ненужный шум. Лидия звонком вызвала Розу и еще раз воспользовалась телефоном, чтобы связаться с местным гаражом. Когда-то ей было обещано предоставить в ее распоряжение машину по первому требованию, и теперь ее уверили, что автомобиль будет у дверей через двадцать минут.

Роза приготовилась затеять спор по поводу разумности такого путешествия, но Лидия заставила ее замолчать.

— Жизнь сестры в опасности. Если что-нибудь случится, а меня там не будет, я никогда не прощу себя.

После этого Роза не сказала ни слова, но, пока везла Лидию из гостиной в спальню, ее молчание было красноречиво. Роза подготовила Лидию к отъезду, а затем ушла за своим пальто и шляпкой, пока хозяйка наспех писала записку мужу на тот случай, если он вернется раньше нее.

— Если позвонит мистер Филип, скажите ему, куда я уехала, — проинструктировала она горничную, прежде чем отправиться в Эйвон-Хаус.

Ехали молча. Лидия была занята своими мыслями. Почему-то насчет Элизабет у нее было странное предчувствие.