Нечто

Его обдало призрачным холодом – он в буквальном смысле чувствовал запах страха, исходящий от девушки, балансирующей на грани безумия. Когда приехала «Скорая», она принялась дергаться и извиваться, осыпая санитаров ругательствами, и чтобы погрузить ее в машину, пришлось подключаться Юре с Микой, иначе врачи с ней не справились бы. Во время погрузки она вдруг засмеялась совершенно жутким, нечеловеческим смехом, от которого пробрал мороз даже привычных ко всему Юру с Микой. Прямо от них дежурный врач сообщил о происшедшем в милицию, и Юра был готов к этому. После смерти Алекса неприятности липли к ним, и уже через час он давал показания оперативникам. Об этом, естественно, узнал следователь, занимающийся делом Алекса, и на следующий день Юра снова торчал у того в кабинете.

– Она сошла с ума, – просто сказал он на допросе. – Очевидно, смерть Алекса так повлияла на нее…

И вряд ли кто-то мог упрекнуть его во лжи – Нелли действительно лишилась рассудка. Тем не менее Юра видел, что следователь ни на йоту не верит его словам.

Гюрза понимал, что кольцо вокруг них сжимается. Они походили на загнанную стаю измученных волков, даже не волков, а шакалов, на которых устроили настоящую облаву. Алекса уже нет, Нелли тоже вне игры, не сегодня-завтра ее отправят в психушку. Даже если ничего не предпринимать, рано или поздно на их след выйдут. Уж очень много они наследили в заброшенной многоэтажке в Ясенево. А затем потянется длинная ниточка.

Есть почему-то не хотелось до сих пор. Юра с удивлением обнаружил, что с момента похорон (а это более двух недель) он обходился лишь водой, и, как ни странно, совершенно не чувствовал какого-либо дискомфорта. Желудок словно понимал перемены, происходящие с ним, и не напоминал о себе, перестраиваясь на новый режим. В то же время Юра прекрасно осознавал, что долго так продолжаться не может.

Юра выпил чаю, оделся и, поцеловав на прощание ангела, вышел наружу. По какой-то неясной причине он чувствовал себя некомфортно. Нет, он по-прежнему любит Алису, ее нынешнее положение никоим образом не отразилось на его чувствах, но… что-то грызло его изнутри, как червь подтачивает корни могучего дерева. Что-то было не так. Совсем не так, как было раньше, он это ощущал.

Подул холодный ветер, взлохматив светлые волосы молодого человека. Делать было абсолютно нечего. Нужно идти. Только куда?

Несмотря на слова Роста по возможности оставаться дома, бомжи решили поступить иначе.

– Во-первых, у нас кончилась жрачка, – говорил Витек, щупая на подбородке зреющий прыщ. – Во-вторых, Жгут наверняка уже сам кончился – я вчерась видел, как его изнутри расперло.