Нечто

– Я пойду, – Мика стал вылезать из-за стола. – Ты знаешь, как меня найти.

– Знаю, – согласился Юра, продолжая забавляться с Кляксичем. – Пока.

– А можно я еще посижу? – подал голос Жуля. С одной стороны, он видел, что с Гюрзой определенно творится что-то не то, но с другой, – у него так уютно… да и в бутылке еще почти половина осталась.

– Сиди, кто тебя гонит, – сказал Юра. Жуля обратил внимание, что тот к закуске вообще не притронулся.

«Ну и ладно, мне больше достанется», – решил Жуля и стал наполнять рюмки. Рука его дрожала, и это ему не понравилось.

– Ты правильно решил, Андрей, – сказал Юра. Кляксич уже спал на его коленях, свернувшись могучим калачом. – Я про акции.

– Ах, ты об этом, – Жуля выпил, не чокаясь, и сунул в рот кусок хлеба с плавленым сыром. – Эти акции-х…якции у меня уже в жопе сидят, хуже геморроя, – с набитым ртом продолжал он. Однако следующая фраза Юры поразила его.

– Я бы на твоем месте вообще уехал из Москвы, – тускло сказал он. – Плохо здесь, Андрюха.

Придя в себя, Жуля дожевал бутерброд:

– Че-то ты странный стал, Гюрза. Пить не хочешь, жрать тоже… Так и до своей свадьбы не доживешь.

Жуля не узнавал своего приятеля – сидит как пень, скукожился и смотрит в одну точку. Он решил не приставать к нему с расспросами и налег на водку. Минут через пятнадцать он уже был, как говорится, в кондиции. Однако молчание Гюрзы становилось невыносимым, и Жуля отважился нарушить затянувшуюся паузу:

– Жаль, что так получилось с Алексом. И ты в тюряге парился, не нравится мне все это. Ты же юрист, че, отмазаться не смог от мусоров?

Гюрза развел руками и показал на свое фиолетовое, в желтеющих синяках лицо.

– Ну, уж извини, не шмогла.

Жуля, казалось, не заметил сарказма.

– А знаешь, почему я передумал с вами ходить на акции? – он уставился на Юру осовелыми глазами. Юра видел, что белки его друга были все в красных прожилках. – Эх, Гюрза, Гюрза, – Жуля снял рубашку, оставшись в одной майке. Под мышками темнели два полукруга пота. – Никому не говорил… только тебе, как старому другу.

Жуля подвинул табуретку ближе к столу.

– Знаешь, когда мне было лет пять, моя матушка отвезла меня к деду в деревню, под Рязань. Было круто, речка там и все такое, малышня, телки маленькие с плоскими сиськами и так далее. Так вот, вечером, когда мы разжигали рядом с домом костер, было самое клевое время. Мы рассказывали страшилки, ну, ты знаешь, про зеленые глаза, черные перчатки и прочее. Так вот, ни хрена мне страшно не было, наоборот, все на «ха-ха» пробивало.