Нечто

– Это ты во всем виноват, – вдруг сказала Нелли. В голосе сквозила жгучая ненависть. – До встречи с тобой он не был… не был таким.

– Нелли, перестань, – сказал Юра. Он прекрасно понимал состояние девушки, но ее упреки взбесили его. Тоже, понимаешь, святая нашлась.

– Я говорила с ним. «Только последний раз», – сказал он, – продолжала она. Из глаз градом катились слезы. Она смотрела в окно и бессильно плакала, но слез не вытирала.

Какое-то время они ехали в полной тишине, затем Юра взглянул в зеркало заднего вида и остолбенел – с исказившимся от ярости лицом Нелли тянулась к нему, выставив вперед скрюченные пальцы.

«Сейчас она вцепится мне в глаза, – с каким-то отрешенным спокойствием подумал юноша. – И мы врежемся в фонарный столб».

Он начал притормаживать, и вовремя – Нелли уже хватала его за шею. Несмотря на хрупкую фигуру, хватка у нее оказалась железной, и Юре с большим трудом удалось отцепить ее руки. Машина остановилась. Он повернулся на сиденье и, недолго думая, нанес ей сильный удар в подбородок. Лязгнув зубами, Нелли в беспамятстве откинулась назад, челка закрыла ей лицо.

Он отвез ее домой к Алексу. Приведя девушку в чувство, он помог ей подняться в квартиру, а сам рванул к Алисе. Однако дома никого не оказалось, хотя было уже около десяти вечера. Он еще раз набрал мобильник, но телефон не отвечал. Юра заскрежетал зубами: где же она? Позвонив соседке Анне Сергеевне, он узнал, что еще днем Алиса уехала с Инной за матерью, однако они так и не появлялись.

Он почти не помнил, как добрался до больницы. Его долго не хотели пускать, но он поднял такой тарарам, что дежурная сестра отправилась за журналом. Выйдя, она развела руками – пациентка Романова выписалась в четыре часа, за ней приехали дочери…

Дурное предчувствие нарастало, как снежный ком, он не находил себе места. Воспаленный мозг то и дело вспыхивал компьютерными матрицами, из которых вываливались версии, одна другой ужасней. Он снова поехал домой к Алисе.

Он поймал себя на мысли, что испытывает чуть ли не ненависть к покойному Алексу – какого хрена он выбрал именно этот день? Разве мало других подходящих дней для акции?

Вскоре он был у подъезда Алисы. Набрал домофон, но никто не отвечал. Разбуженная соседка снова сказала, что ни Алиса с Инной, ни их мать домой не приезжали. По просьбе Юры она сходила к квартире ангела и простояла там с минуту, не отрывая пальца от кнопки звонка. Тщетно.

«Может, выломать дверь? – возникла у Юры безумная мысль. – Вдруг с ними что-то случилось? Отравились газом? Нет, тогда Анна Сергеевна точно почувствовала бы запах…» – Он уже плохо соображал, сказывалась общая усталость, не давала покоя и продырявленная шилом нога.

Совершенно разбитый, он приехал домой. Кляксич жалобно замяукал, требуя, чтобы его покормили.