Нечаянная свадьба

Сердце – такой учитель, наставлениям которого противиться невозможно, который мгновенно торжествует над уроками жизненного опыта, осторожностью, страхом и недоверием.

В это мгновение Лида поняла, что любит Василия Дмитриевича. И ей безразличны все резоны, заставившие его жениться над ней. Главное, что они дали друг другу клятву перед алтарем, перед Богом поклялись не разлучаться вовек! И он идет, идет к своей жене, он хочет утешить ее этой печальной ночью…

Чувствуя, как подкашиваются ноги от страха и счастья, она рванулась к двери и замерла, комкая концы шали, вперившись взглядом в медленно отворявшуюся створку.

И вот дверь распахнулась, мужчина переступил порог… и Лида едва не лишилась сознания от негодования, увидев перед собой не Протасова… а Модеста Филимоновича.

Что?! Да откуда же взялся здесь, как посмел явиться он, этот проклятущий «хлопотун беспутный»?! Его ведь не было ни за ужином, и даже комната его была отдана Василию Дмитриевичу! И куда же тогда подевался Протасов?!

От изумления Лида онемела, и Модест Филимонович проворно метнулся к ней и схватил за руки.

– Не кричите! – возопил он хриплым шепотом. – Же вуз ан при![76] Я здесь затем, чтобы сообщить вам нечто очень важное. Никто не знает, что я в доме, и ни одна душа не должна узнать об этом, если вы не хотите моей погибели.

– Вы очень рискуете, – наконец обрела Лида дар речи. – Сюда должен прийти мой муж…"

"– Он не придет сюда! Он пошел к Авдотье Валерьяновне! Я сам видел! – выпалил Модест Филимонович, и Лида так и вспыхнула от негодования:

– Я вам не верю!

– Это ваше дело, – зачастил Модест Филимонович, – но я не могу видеть, как нагло вас обманывают. Вы не знаете столь многого, но я должен открыть вам глаза. Протасов женился на вас только ради того, чтобы получить закладные на свое имение!

– Но у меня нет никаких закладных, – растерянно пролепетала Лида.

– Натуральмент[77], их у вас нет! – фыркнул Модест Филимонович, и, как ни была Лида потрясена, она не могла в очередной раз не ужаснуться его жуткому произношению. – Они хранились у вашего Ионы Петровича, который некогда выкупил их у моего отца, родного брата Авдотьи Валерьяновны. И теперь ваш муж пошел к моей тетушке, чтобы заполучить эти бумаги. Только это его интересовало. Его холодное сердце и расчетливый ум не способны любить. А я… я люблю вас! Вы должны покинуть его и стать моей! Всем известно, что вы были обвенчаны с ним насильно, что отец Епифаний был подкуплен, а это страшное преступление – свершить незаконное венчание. Кроме того, – Модест Филимонович игриво хихикнул, – всем известно, что ваш брак пока что только формален, что он не осуществлен по законам человеческим.