Небо выше облаков

Но если утром сестры проснутся и наткнутся там на это чудо… А чудо, не дай бог, во сне захочет почесать себе зад… Краснеть за него буду я.

– Идем, Андрей. Я тебе помогу.

– Куда? – Шибуев оживляется. – В спальню?

– Размечтался, – сержусь. – В ванную! Будем мыться! И раны надо обработать. Я тебя такого страшного к себе в постель не пущу!

Вот пьяный, а сообразил. Снова полез руками под майку.

– Ты все-таки решила, что я лучше, да, Сахарок?

– Да стой ты, котяра! Дай хоть разую тебя! Ну и мужа я себе нашла. Алкаш!

– Свет, я не алкаш, я врач. И, между прочим, очень персф… перспективный.

– Угу, – я сажусь на корточки и снимаю с него кроссовки. Пальцы Шибуева тут же находят мои волосы и гладят шею. – Ты мне еще сказку расскажи, про бычка.

Он пробует, но сбивается.

– Не получается, – грустно вздыхает.

– То-то же.

– Я брошу пить, Светка. Хочешь? Совсем!

Хочу ли? Я замираю на секунду. Что-то в этих словах кажется мне настоящим, и в то же время неправильным. Словно у меня на самом деле есть право этого хотеть."

"«…в том смысле, что у меня никогда не было и не будет для души. Поверь мне, я как никто знаю, насколько она хрупка. Нет, я не создан для серьезных отношений. Все это просто, на самом деле. Физиология никогда не подводит. Главное четко обозначить границы».

Нет, главное – об этих границах не забыть.

Я встаю и пожимаю плечами:

– Зачем? Пей на здоровье. Мне-то что? Только в следующий раз пьяным ко мне не приходи.

– Что? Неужели я тебе совсем не нужен? – огорчается Андрей очень искренне. – Совсем-совсем, Уфимцева?

Ну вот. Точно, пьян в стельку. В трезвой жизни я теперь для него только Шибуева.

Вот и хочется рассердиться, а смотрю в черные глаза этого кота, и понимаю: не могу.

– Ну конечно же нужен, дурачок! – говорю, что чувствую. – Идем мыться.

Я отвожу его в ванную, раздеваю и сую под душ. Усадив, помогаю вымыть голову. Хорошо, что в доме есть мужчина – мой отец. Шибуев не смущается, а у меня выбор невелик. Если сейчас эти сто восемьдесят семь сантиметров рухнут на пол в ванной или в коридоре, на звук сбежится весь дом.

Я помогаю Андрею надеть новое белье и провожаю в свою спальню. С трудом укладываю в постель, потому что сам укладываться он не хочет. Поймав за талию, шепчет в ухо:

– М-м, Сахарочек, ну почему ты так пахнешь, что тебя хочется съесть?

– Андрей, ложись пожалуйста, завтра поговорим.

– Я же тебе помочь хочу, Светка, как ты не поймешь?! Я же твой друг!

Губы Шибуева находят мою шею, рука – грудь, и я не выдерживаю. Отпихиваю его от себя и встаю.

– Может, и других друзей на помощь позовем? – холодно предлагаю. – Подумаешь, устроим дружеский перепих! Все мне поможете. Ведь для здоровья же, не для души.