Небо в рублях

Оказывается, одноклассники любили ее, уважали, считали талантливой и все-все тесно дружили с будущей писательницей. Оставалось лишь поражаться и задаваться вопросом: они самозабвенно лгут или в самом деле верят своим словам, видя прошлое сквозь розовые очки? Ну как-то принято считать детство самым светлым временем жизни. Вот по истечении времени годы наивности и кажутся безмятежно счастливыми.

Когда Ми пропихнули на журфак, слух о том, что в университете обучается дочь самого Олега Смолякова, естественно, прокатился по аудиториям. Но на факультете журналистики всегда имелось много всяких деток, поэтому статус звезды курса достался Олесе Паниной, чей папа был культовым кинорежиссером тех лет. Ми по-прежнему никто не замечал, кроме симпатичного юноши из Петербурга со странной кличкой Марсик. Весьма скоро он сделал предложение Ми, а на втором курсе сыграли пышную, шумную свадьбу. Старший Смоляков был счастлив, а Марфа недовольна. Перед походом в загс она сказала дочери, одетой в белое платье:

– Очень скоро муж покажется тебе скучным и надоедливым, а придется терпеть. Да и материальное положение у вас будет не очень… У жениха родня – голь перекатная. Вот Катя Яблонкина выскочила за сына крупного дипломата, порадовала родителей. Впрочем, от тебя никто хорошего не ждал.

Через месяц после свадьбы Ми поняла, что беременна, и мигом сообщила родителям о предстоящих изменениях в составе семьи. Олег Сергеевич ринулся в «Детский мир» скупать пеленки, а Марфа, всплеснув руками, закричала:

– Аборт! Прямо сейчас! С ума сойти! Университет не закончила! Какие дети? На что жить станете? Надеетесь, я стану помогать?

И тут впервые в жизни Ми проявила настойчивость.

– Нет, – сказала она, – я не стану убивать своего ребенка. Никогда!

Марсик встал на сторону жены и тестя. Разгорелся скандал, вследствие которого старшему Смолякову пришлось, употребив все свое влияние, добыть дочери и зятю отдельную жилплощадь. Напомню, на дворе стояли советские годы, в стране действовали строгие законы, по которым люди не имели права вступить даже в кооператив, коли обладали определенным количеством квадратных метров на душу населения семьи. Сколько, я сейчас не помню. Но у Смоляковых имелось семь комнат, а в них проживало всего четыре человека, две семьи: Олег Сергеевич с Марфой и Ми с Марсиком. Причем Марсик обитал на птичьих правах – он был прописан у матери. О каком «улучшении условий» могла идти речь?"

"– Ничего, детки, – воскликнул Олег, вручая молодым ключ от комнаты в коммуналке, – сейчас родится маленький, вас станет трое, и вы превратитесь в очередников. Тут-то я и куплю вам отличный кооператив.

Ми закивала, Марсик заулыбался, одна Марфа вновь осталась недовольна, ей очень не хотелось тратить накопленные деньги.