Небо над бездной

— Танечка, пора вставать, надо хоть немного собраться.

— Куда собраться? — пробормотала она сонно, потянулась, открыла глаза.

— Сегодня вечером Федя отвезет вас в Питер. Поезд в одиннадцать. Останется только переправиться через Финский залив. Это совсем просто, ты же знаешь, граница сдвинулась, некоторые дачи на заливе оказались сразу в Финляндии. Павел вас встретит, доедете до Германии, первое время поживете у Эрни, в Берлине. Помнишь Эрни?

Он говорил и улыбался, гладил Таню по волосам. Она села на кровати, голова закружилась.

— Папа, я не понимаю, о чем ты?

— Вы поживете у Эрни, в апреле я приеду. Не перебивай меня, слушай. В апреле планируются официальные переговоры между Германией и Россией. Уже известно, что проходить они будут в Италии. Ленин поедет как глава правительства, я должен быть при нем. Там я исчезну и появлюсь в Берлине, у Эрни, где вы меня будете ждать. Павел все продумал и подготовил. Он меня заберет в Италии и переправит в Германию. Но вам троим уезжать нужно прямо сегодня. Так что вставай, умывайся, собирайся.

Она не могла говорить, ком застрял в горле, и никак не проходило мучительное головокружение. Михаил Владимирович помог ей встать, накинул на плечи халат, повел в ванную комнату, умыл, вытер ей лицо полотенцем, окунул щетку в банку с порошком.

— Зубы сама сумеешь почистить?

На кухне няня помешивала кашу в кастрюльке. Андрюша сидел за столом, на коленях у него Миша, на плече Маргоша.

— Проснулась наконец, — проворчала няня, — завтракать без тебя никто не хочет, в третий раз грею, вот подгорит, ты будешь виновата.

— Мама, я решил, я только медведя возьму и двух солдатиков, — сказал Миша, — дед приедет в Гиманию к нам и железную дорогу мне сразу купит.

Няня выключила примус, разложила по тарелкам кашу.

— Коли не помру до апреля, жить буду с Федей. Давай-ка ешь, Таня, тебя с ложечки покормить, как маленькую?

Миша засмеялся.

— Покорми, няня, покорми маму, как маленькую, ей нужно хорошо кушать, а то она совсем худющая.

Таня поднесла ложку ко рту, зубы стучали. Из-за слез она ничего не видела, но чувствовала, как внимательно смотрят на нее все, даже Маргошка, и заставила себя проглотить несколько ложек каши, потом выпить стакан сладкого чаю. После завтрака пришлось опять лечь. Ноги не держали, голова кружилась, и все время слезились глаза. Михаил Владимирович спокойно складывал в докторский саквояж ее и Мишины вещи. Чемоданов не было, Федя предупредил, что ехать придется совсем налегке, только самое необходимое, никаких узлов, корзин."

"— Все купите там, у Павла есть деньги. Вот смотри, Федя привез чудесные джемперы, тебе и Мише. В них поедете. Ты сильно похудела. Как ты думаешь, эта юбка не будет тебе велика? Она теплая, шерстяная. То, что нужно для дороги. Ладно, поясок затянешь потуже.