Небо и земля. Том 2

Товарищ Айрамира мялся, но не уходил. Не выгонять же человека взашей. Но и приглашать в дом, чтобы помыться и испить чаю, было бы, по меньшей мере, странно. Гость не пожелал своего имени назвать, значит, на этом любезности исчерпаны.

Взгляд мужчины перебегал по комнате, обшаривая углы, и Айями поежилась, почувствовав себя неуютно.

- Погодите, передам кузену гостинец, - сказала и скрылась в кладовой. Вернулась с сумкой, в которую сложила крупяные брикеты, консервы и свечи со спичками. - И привет Айраму передавайте. Пусть не забывает о нас.

- Благодарствую, сестрёнка. Всё сделаю, как полагается, - ответил гость с кивком, принимая поклажу.

- Пусть навестит, когда сможет, - добавила Эммалиэ и спросила: - А ты был у Сиорема?

Заметив недоумение гостя, пояснила:

- Он живет в соседнем подъезде. И жена его, Ниналини, тоже отправляет племянникам гостинцы. Может, с оказией что-нибудь передаст?

- У многих моих товарищей есть родня в этом городе, но о тетушке Нине мы не слышали, - ответил вежливо незнакомец.

- Вот как? - озадачилась Эммалиэ. - Значит, я попутала.

- Всякое бывает, - согласился мужчина. - А теперь пора мне. Будь здорова, матушка. Будь здорова, сестрёнка.

- И тебе того же, - ответили женщины хором.

Когда за гостем закрылась дверь, Айями прижалась к обивке ухом, но услышала лишь тишину. А Эммалиэ устало прислонилась к стене и опустила руку, заведенную за спину. На свету тускло блеснуло лезвие риволийского стилета.

- Баб, а кто приходил? - высунулась из-за укрытия Люнечка, услышав звук запираемой двери."

"- Гонец от Северного деда*, - пояснила Эммалиэ. - Ходит по квартирам и пугает морозами. Да, как видишь, в тепле-то и лед становится водой, не то что какой-то посланец, - показала на мокрые следы у порога.

- Вот так взял и растаял? - изумилась Люнечка и осторожно приблизилась, чтобы посмотреть на лужицы на полу.

- Конечно. Как снег, - показала Эммалиэ на ведро, в котором женщины отстаивали талую воду .

- Огогосеньки, - признала пораженная Люнечка, скопировав словечко из лексикона ""бабули"". - А Северный дед нас не наругает?

- У него короткая память. Старый потому что, - ответила Айями, вытирая тряпкой мокрые следы.

- А как это ""короткая""? А длинная бывает? А есе какая бывает? А у меня какая? - завалила вопросами Люнечка, отвлекшись от необычного визита.

Теперь Эммалиэ будет, чем занять остаток вечера.

- Почему вы спросили у него о Сиореме? - поинтересовалась Айями, когда дочка уснула.

- Не знаю. Пришло вдруг в голову, - ответила соседка. - Получается, Ниналини обманывает. Спекулирует на патриотизме.

- Этот гость... какой-то он неприятный.

- Потому что от него разит как от выгребной ямы? - хмыкнула Эммалиэ. - Посмотрим, что ты скажешь, когда заявится Айрамир. У них там, чай, не курорт. В ваннах не отмокают.

- Наверное, вы правы, - признала Айями.