Небо и земля. Том 2

Следующие полчаса пронеслись в лихорадочных сборах и уговориваниях Люнечки, та расплакалась и категорически не хотела оставлять свои игрушки. Правда, Эммалиэ и не миндальничала особо – не те обстоятельства – и сказала беспрекословным тоном:

- Люниель лин Микаса, ты возьмёшь с собой куклу, и на этом всё.

Дочка ратерялась от неожиданной официальности и начала обиженно выкладывать из детского рюкзачка игрушки, чуть ли не со слезами прощаясь с каждой.

В открытое окно донесся удаляющийся рев двигателей, вскоре раздалась далекая пулемётная трескотня, и раскатистые очереди заставляли женщин вздрагивать, они успели отвыкнуть от выстрелов.

Когда даганны снова появились в квартире, у выхода ждали собранные чемоданы и пара сумок, а Айями застегивала последние пуговицы на дочкиной курточке. Люнечка держала в руках куклу, прижав её к себе намертво."

"Имар неопределенно хмыкнул, наверное, думал, придётся подгонять и поторапливать медлительных женщин, а они не подвели и уложились в отведенное время. Спасибо Эммалиэ, благодаря выправке, сохранившейся со времен мотания по гарнизонам, она шустро организовала сборы и отобрала самое необходимое.

Даганны подхватили багаж, словно пушинку, и понесли, топая сапогами по ступеням, следом поспешили Эммалиэ с дочкой, а Айями, оглядев в последний раз жилище, ставшее для неё временным пристанищем, притворила за собой дверь.

Внизу ожидали две машины: пассажирская и бронемобиль с пулеметом в крыше. Чемоданы погрузили в багажник, на заднее сиденье забрались женщины с Люнечкой, Имар уселся рядом с водителем. Бронемобиль следовал позади.

Айями и попрощаться с городом не успела, и с его уголками, дорогими сердцу. Машины споро вырулили со двора и покатили по центральной улице. Главные здания промелькнули перед глазами: больница, школа, гостиница, ратуша с флагами на козырьке, потухшее костровище на площади… Оставив позади городскую окраину, машины рванули к тракту.

Водитель следил за дорогой, а Имар развернулся и вручил Айями папку:

- Здесь документы, будешь предъявлять дежурному на каждой станции, - объяснял на амидарейском. - Через пять дней дорожное сообщение прекратится полностью, но вы успеете добраться. Придётся ехать на машине суток трое или четверо, в зависимости от погоды, с пересадками, практически до границы. Потом сядете на поезд.

Айями наскоро пролистала содержимое папки: заполненные и подписанные договоры, справки о вакцинации, удостоверения личности – на каждого из них троих.

Подняв глаза, встретилась с взглядом Имара и, смутившись, машинально поправила платок, пряча синяк. Бесполезное дело, наверняка он еще в квартире заметил желтушное пятно на щеке и перебинтованные ладони.

- Изучишь документы потом, - сказал Имар.