Небо и земля. Том 2

Дежурного предупредил: если что, отправляйте тягач - вытаскивать из рыхлого снега.

Денек оказался отличным, ни туч, ни ветерка. Штиль и солнце. Весна в Амодаре такая же, как и местные женщины - невнятная, несмелая. Слабой волной накатывает, незаметно зиму подтачивает. В Доугэнне весны стремительные, обрушиваются штормовым валом, обжигают жаркими ветрами.

- Куда поедем? - Веч выкрутил баранку, вывернув на центральную улицу.

- На станцию, - попросила мехрем.

Пожалуйста, - пожал плечами. Куда прикажете. До станции идет укатанная колея, машина не просядет в снегу. Доедем как по маслу.

Мехрем приклеилась к окну и безотрывно смотрела на окрестности. Чего там высматривать? Ничего интересного, в обе стороны лес, правда, основательно прореженный.

Подъехали к станции, Веч помог мехрем выбраться из машины.

- Прыгай, поймаю, - велел, когда она замерла в нерешительности на высокой подножке.

Прошелся, разминая ноги. Эх, хорошо! Тишина, птицы щебечут как оголтелые. Вдоль дороги прохаживается караульный. Отдал честь, завидев Веча, и двинулся дальше по маршруту.

Мехрем оглядывалась озадаченно. Оно и понятно, здание станции есть, которую дежурная группа охраняет, глаз не смыкая, а шпал и рельс нет, в обе стороны уходит широкий тракт, разъезженный сотнями колес.

- А где железная дорога? - растерялась мехрем. - Как уезжать... в столицу?

- На колесах поедем, - ответил Веч и окликнул караульного: - Когда следующий караван?

- Ближайший через десять минут в Доугэнну, - отрапортовал тот.

- А как амодары уезжают... в твою страну? - спросила мехрем с заминкой.

- В миграционной службе назначают день и час, и отсюда амодаров отвозят на машине до поезда.

- Железная дорога действует? - удивилась она.

- Да, рабочая станция в сутках езды в сторону Доугэнны.

- Зачем убирать рельсы? Разве они мешают? - не унималась мехрем.

- Так нужно, - коротко бросил Веч.

Не объяснять же ей, что железная дорога даст преимущество ривалам*, и они прямиком прикатятся по ней к границе с Доугэнной. Ривалы, конечно, прикатятся, но не сразу. Пока проложат собственные пути сообщения, Доугэнна успеет подняться с колен после опустошительной войны. По крайней мере, таков план Совета командоров.

- Садись, поедем дальше.

Мехрем не сразу послушалась. Присев, сгребла рукой грязный снег с обочины и сжала в ладошке.

- Поедем, - согласилась после недолгого раздумья. Веч лишь глаза закатил, но ничего не сказал.

Тронув машину, повел вдоль рощ и перелесков, точнее, пнистых полян, усыпанных ветками и хвоей.

- Остановись, - внезапно попросила мехрем, и Веч послушно заглушил мотор.

Выбравшись наружу с его помощью, мехрем подошла к краю поляны. Головой крутила, оглядывая местность, а в глазах застыла тоска - осязаемая, щемящая. Вечу вдруг стало неловко и стыдно.