Благословение небес

— И откуда, по-вашему, берется та рыба, которую вы едите?

— Ну, она берется из красивой корзинки, куда ее кладут, завернув в чистую бумагу, — ответила Элизабет, опасаясь, что перебарщивает.

— Но надеюсь, вы не думаете, что она родилась в этой чистой бумаге? — ответил он, восхитив ее своим терпением и тем, что наконец заговорил с ней тем тоном, которого она заслуживала. Ей было нелегко скрывать свою растущую симпатию к этому человеку, который отнюдь не был ни дураком, ни мямлей, как ей показалось сначала.

— Так где же, по-вашему, находилась рыба прежде, чем попала в этот ваш сверток? — повторил он. — Откуда она вообще берется на рынке?

Элизабет еще раз сочувственно посмотрела на рыбу, потом надменно вскинула голову и окатила его ледяным презрением.

— Полагаю, ее ловят сетями или еще каким-нибудь способом, но я совершенно уверена, что не таким образом, как это делаете вы.

— Каким образом я ее ловлю? — грозно спросил он."

"— Таким! Вы шпионите за ней в ее маленьком речном домике, заманиваете ее, — цепляете на крючок эту несчастную мушку, а потом, когда ловушка срабатывает, вы отрываете бедную рыбку от семьи и бросаете ее на берег умирать. Это негуманно! — закончила она и возмущенно тряхнула юбками.

Лорд Марчмэн слушал ее, недоверчиво хмуря брови, потом покачал головой, будто пытаясь что-то прояснить для себя. Через несколько минут он предложил вернуться в дом.

По дороге Элизабет заставила его нести корзинку с другой стороны от себя, но видя, что его это не особенно затруднило, потребовала, чтобы он нес ее на вытянутой руке — таким образом корзинка будет еще больше удалена от ее персоны.

Ее нисколько не удивило, когда лорд Марчмэн извинился и не появлялся в гостиной до самого ужина. Не удивило ее и то, что за ужином он был задумчивым и невеселым. Однако ее не смутило его молчание, и с самым серьезным видом она рассуждала о разнице между английской и французской модой и о том, что перчатки нужно делать только из самой лучшей лайки. Когда эти темы были исчерпаны, Элизабет порадовала его подробным описанием всех платьев, какие повидала на своем веку. К концу ужина она даже немного охрипла, но добилась весьма обнадеживающих результатов — вид у лорда Марчмэна был весьма озадаченный и сердитый.

— По-моему, он призадумался, стоит ли делать вам предложение, миледи, — сказала Берта, когда они остались наедине.

— А по-моему, он весь ужин раздумывал, как бы убить меня завтра за обедом, — смеясь, ответила Элизабет. Больше она ничего не успела сказать, потому что вошел дворецкий и объявил, что лорд Марчмэн желает переговорить с леди Кэмерон у себя в кабинете.

Элизабет приготовилась к еще одной битве умов — или безумия, мысленно улыбнулась она — и проследовала за дворецким через темный холл в просторный кабинет.