Не злите спецназ!

— Да, — осмотрев жилище Азиза, проговорил Седов, — не хоромы.

— У нас был хороший дом. Раньше… А сейчас мне хоромы не нужны. Ну, что, ставлю чайник?

— Обойдемся. Ты мне скажи, гости Набиева по-прежнему в его доме?

— Да. Пока еще в там.

— Что значит «пока»?

— А то, что не будет долго держать у себя московских гостей хитрый Салмон. Это ему совершенно не нужно.

Седов достал из кармана фотографии Кравчука и Рыбкина:

— Это они?

— Да, я получал такие же фото от своего руководства.

— А как узнал об их прибытии?

— Я ж на ферме работаю, а там узнаешь все, что происходит в селении. Обычно Набиев выезжает в Душанбе редко и ненадолго, а тут позавчера весь день отсутствовал. Как раз, когда я возвращался после работы домой, проходя мимо дома хозяина — так все в Карадораке называют Салмона, — он и заехал на своем «Форде» домой. Ворота были открыты, и я увидел, как из машины вышли Набиев, а с ним двое русских с дорожными сумками.

— Говоришь, Набиева целый день не было? Он что, не знал, когда в Душанбе прибывают его бывшие сослуживцы?

— Думаю, он привез их из Узбекистана. В Душанбе лететь или ехать беглецам было опасно. Узбекистан — другое дело…

— Пусть так. Значит, ты считаешь, что долго гостей держать у себя дома Набиев не станет?

— Нет. Зачем ему рисковать? Скорее он переправит их в Горный Бадахшан. И это, кстати, может произойти в любое время, даже завтра.

— Почему не сегодня в ночь?

— Ночью за предателями не приедут, опасно. А вот днем Салмон сам вывезет гостей до места, где передаст их людям из Бадахшана. Но это всего лишь мои предположения.

— Набиев поддерживает связь с сепаратистами?

— Не знаю. Мне известно лишь одно: он свой как для одних, я имею в виду руководство местной законной власти, так и для других, ярых противников этой самой власти. Набиев ведет очень умную игру. Да иначе в современном Таджикистане не только невозможно какой-либо бизнес развивать, но и выжить-то сложно.

— Так, понятно… Теперь ответь на такой вопрос: почему Набиев не держит в усадьбе охрану?

— Не считает нужным. Кого ему опасаться, если он свой для всех? К тому же Салмон прекрасно понимает, что, если его захотят убрать, никакая охрана не поможет. Он жаден и не хочет тратить деньги на бесполезное дело.

— Оружие в его доме есть?

— Здесь у всех есть оружие, и не только охотничье.

— В случае силового захвата дома Набиева откуда он может получить помощь?

— Есть у него четверо верных псов, что обслуживают усадьбу. Но пойдут ли они на помощь хозяину, еще большой вопрос… Одно дело — верно служить, получая за это больше других, и другое — рисковать собственной жизнью. Народ на Востоке расчетливый."

"— Это мне известно. Ну, что ж, вот, пожалуй, все, что я хотел у тебя узнать.