Не злите джинна из бутылки

 — Коляна, значит, с условно-досрочным освобождением поздравляют? Вам условно-досрочное не грозит. По вашей статье оно не разрешено… и амнистия на эту статью не распространяется…

— По какой статье? — едва слышно выдохнул Котов, продолжая пятиться.

— А как вы думаете? — проскрипел гость. — Вы думаете, это детские игры, невинные шалости?

— Да… — Василий Павлович виновато потупился. — Вначале мы так и подумали… подумали, что это совершенно невинное занятие… небольшая прибавка к пенсии…

— Мы? — быстро переспросил гость, вычленив из фразы Котова главное слово. — Кто эти «мы»?

— Простите… — Котов поднял глаза. — Но им… им ничего не будет? Я не хочу никого подвести…

— Не прикидывайтесь ребенком, Котов! — сурово произнес гость. — По такой статье не бывает полного оправдания! Меру пресечения, конечно, определит суд… и если вы будете сотрудничать со следствием, это, конечно, примут во внимание. Короче, раньше нужно было думать. Но и теперь все зависит от вас. Если вы будете откровенны со следствием… если все расскажете… правду, и ничего, кроме правды!

— Правду… — как эхо, повторил Котов и вытащил из кармана ингалятор — его дыхание снова стало неровным и свистящим.

— У вас астма? — сочувственно осведомился гость. — Да… — Василий Павлович кивнул. — С нее все и началось… простите, как вас зовут? Мне нужно как-то к вам обращаться…

— Называйте меня… называйте меня Михаил Юрьевич. И переходите наконец к делу!

— Да-да, конечно… — Котов воспользовался ингалятором, перевел дыхание и приступил к рассказу.

Василий Павлович проработал много лет в одном серьезном научном институте, где он занимался различными кодами и шифрами. Работа ему нравилась, поскольку он с детства любил разгадывать ребусы, загадки и головоломки.

Работа настолько ему нравилась, что он не нашел времени создать семью. Впрочем, семейная жизнь не слишком его привлекала — все эти тряпки, пеленки, скандалы… Гораздо больше интересовали Котова циклические и спиральные коды, переменные шифры и декодирующие устройства. Иногда он так увлекался очередной головоломкой, что не замечал окончания рабочего дня, и начальник буквально силой выпроваживал его домой.

Однако научно-технический прогресс шел семимильными шагами, и вскоре появились компьютеры, которые гораздо быстрее и успешнее Котова разгадывали все эти коды и шифры. Василий Павлович попытался освоить современную технику, но тут институт наводнили молодые ребята, которые куда лучше его управлялись с компьютерами. А у него, ко всему прочему, неожиданно началась астма.

Короче, когда приблизился пенсионный возраст, Котову дали понять, что в его услугах больше не нуждаются.

Он вышел на пенсию и почувствовал себя никому не нужным.