Запретная. Не остановить

— Да, я хочу чувствовать себя такой, когда знаю, что могу полностью тебе доверять.

— Ты можешь полностью мне доверять.

И от этих слов удовольствие становится еще острее. Когда-то с ним я кончала от его касаний, сейчас же я готова кончать только от его слов.

— Люблю тебя, — шепчу я, и утыкаюсь носом ему в шею.

— Люблю, — отзывается он, и в этот момент меня настигает оргазм.

***Гордей доходит до финиша сразу же после меня, шепнув, что не станет долго меня мучить. Он знает, что основная чувствительность проходит с последними сладкими судорогами, и, дав насладиться, вбивается резче и сильнее.

И все же он не торопится выйти из меня после того, как кончает. Мы так и сидим, обнявшись, я верхом на нем, и все еще чувствуя друг друга.

— Кайф, Арин, — шепчет Гордей и слегка прикусывает мочку моего уха. — С тобой нереально хорошо. Я на седьмом.

— Я тоже, и с тобой.

— Мне хотелось бы сделать для тебя так много, но я не знаю… с чего начать.

— Ну… если хочешь, пригласи меня на ужин, — игриво произношу я.

— Приглашаю тебя на ужин, — говорит он, и щекочет носом мою шею.

— Я шучу, куда я со своей ногой…

— А я серьезно. Если хочешь, пойдем, не сидеть же все время в четырех стенах.

И мы идем.

После того, как приводим себя в порядок Гордей заказывает столик, а потом мы едем.

Вначале в дорогой салон по выбору Гордея, где мне делают макияж и прическу, а потом в бутик за платьем.

Всю дорогу Гордей не отходит от меня, и не сводит с меня взгляда. Расплачивается, даже не взглянув на ценник. Я кожей чувствую некоторую зависть со стороны окружающих меня девушек.

Но мне все равно. Я наслаждаюсь каждой минутой, и тоже по-настоящему смотрю только на него.

— Что за ресторан, Гордей? — спрашиваю я, уже на конечной точке маршрута.

— Самый лучший в городе. Я там не бываю, потому что без тебя неинтересно. Но с тобой, совсем другое дело.

***Выход в свет — это ответственное мероприятие.

На самом деле, мы просто дурачимся, придавая этому походу свою особую значимость.

— Наконец, развлечешься, — шутит Гордей, а я отмахиваюсь.

Потому что он прекрасно знает, что меня интересует другое. Он и время, проведенное с ним наедине.

— Сейчас на входе увидят мои костыли и развернут, не пустят меня внутрь, — ворчу себе под нос.

Волнуюсь немного.

— Конечно, пустят, — отмахивается Гордей.

Он полностью уверен, и я решаю, что тоже не стану волноваться.

И меня пускают. Очень любезны, и даже выделяют для нас самый лучший столик у огромного панорамного окна.

— Круто, круто, круто, — восхищаюсь я, разглядывая огни, — мне здесь так нравится.

— Я рад, что тебе нравится.

— Да, очень-очень-очень.

Нам приносят меню, и мы выбираем блюда наобум. Гордею все равно, он слишком занят подколками меня, я же дурачусь, полностью себя отпускаю.