Запретная. Не остановить

Когда он сказал, что хочет остаться, чтобы быть со мной рядом, я… смалодушничала. Я разрешила ему остаться.

Не сопротивлялась, хоть и не приветствовала. Решила просто плыть по течению, а дальше будь что будет.

Сестра всегда внушала мне, что я должна отстаивать свою индивидуальность, и я пыталась делать это очень много раз. Когда-то получалось с большим успехом, когда-то, как все последнее время, с меньшим.

Сейчас, побывав, без преувеличения, на грани жизни и смерти, я, наконец, в полной мере осознала, что включает в себя это понятие.

Прежде чем что-то совершить, или сказать, нужно прислушаться к себе. Почувствовать, насколько хорошо и комфортно станет тебе после того, как ты предпримешь то или иное действие.

Не стоит идти на поводу у кого бы то ни было, а следует думать лишь о том, сможешь ли ты сама жить в мире, в ладу с собой после того, что собираешься совершить.

Вначале я отрицала свои чувства к Гордею, как могла. Потом решила, что должна на деле доказать, чего они стоят. Дважды я так делала. Вначале, когда решилась на замужество с нелюбимым, и неважно, что руководствовалась благими целями. Второй раз, давая согласие на отношения, включающие только секс.

Оба раза я чувствовала, как ступая на этот путь, я разрушаюсь изнутри. Но теперь я многое переосмыслила, и не намерена повторять своих ошибок.

Я говорю Гордею, что не испытываю больше столь сильных чувств к нему, потому что все, что могу найти сейчас внутри себя — это опустошение. Осознание бессмысленности наших отношений, которые разрушили, и завели меня в тупик.

И все же я не могу его прогнать.

Мне нравятся те волны спокойствия, что вибрируют в воздухе всегда, когда он рядом.

Когда я выныриваю из очередного сна, и понимаю, что в палате я не одна, что он со мной, внутри становится так тепло. В районе солнечного сплетения разгорается пульсирующий огненный шар.

Мне, скажем, не хотелось бы, не тянет целоваться с ним, но мне приятно, что он так беспокоится о моих самочувствии и питании.

Когда он решает носить меня на руках до важных стратегических мест, меня так сильно затапливает эмоциями неудобства и стыда. И в то же время я купаюсь в потоках нежности и внимания. Тех самых, что так недоставало мне, так не хватало, словно воздуха, даже в самые жаркие моменты нашей близости.

Не знаю, что с нами будет дальше, и не хочу задумываться об этом.

Часто я просто выпадаю из реальности и проваливаюсь в разные, чаще всего короткие, словно вспышки, эпизоды из раннего детства.

Да, я всегда была скромной, особенно на фоне своей деловой и бойкой сестры, но мне же как-то удавалось жить в ладу с собой и с окружающими.

И вот сейчас…

— Спасибо, Гордей, — говорю я, когда он приподнимает изголовье моей постели, и передает мне в руки чашку с душистым чаем.