(Не) замужем (СИ)

Вот этим и займусь.

Пойду к ней, вещи семьи в руки и обратно домой. И детей прихвачу. А Кристина сама прискачет, куда она без детей и тем более без вещей.

Бросаю повестку в мусорку возле почтового ящика на первом этаже и возвращаюсь в родную квартиру. Оставляю чемодан в прихожей. Потом тщательнейшим образом привожу себя в порядок, уже после этого оглядываю квартиру.

Бардак тут знатный…

После моего отъезда все к тому же заросло пылью. По-хорошему надо бы это все для Кристины и оставить. Но я же не свин какой. Кое-как распихиваю вещи, валяющиеся на проходе – ну хоть так.

Дальше иду претворять план в жизнь.

Спускаюсь на первый этаж, выхожу на улицу, проверяю, не гуляет ли жена на детской площадке. Там ее не оказывается – значит, она дома, где ей еще быть?

Иду прямо на третий этаж.

Но что если не откроет? Она может! Дубликата ключей у меня нет.

Однако, когда выхожу из лифта, вижу перед дверью нужной квартиры девчонку с большим розовым рюкзаком.

Ева!

Девчонка видит меня и столбенеет. Смотрит во все глаза.

А что, я растил эту мелочь восемь лет, ночей не досыпал. Вот пусть она мне теперь и поможет.

– Евочка, – тяну с приторной улыбкой. – Иди сюда, доченька!

Моя улыбка действует на Еву странным образом. Она не улыбается в ответ, лишь серьезнеет.

– Ева, – я развожу руки. – Как я рад тебя видеть!

Последняя фраза меняет дело.

Вижу, как у девчонки загорается взгляд.

Она тоже рада, делает ко мне шаг, другой. Она уже рядом, я даже могу разглядеть дырки на ее белых колготках. Дура, стопроцентно шлепнулась где-то во дворе на колени! Девчонка – сплошная растрата, не знает она, что ли, сколько я батрачу, чтобы у нее были эти самые колготки? Так бы и дал затрещину, честное слово… а Кристина, как всегда, пожалеет за разбитые коленки, на испорченные колготки даже внимания не обратит. Эх, досталась мне семейка.

Давлю в себе негатив, сейчас не время учить девчонку уму-разуму.

Для закрепления мира спрашиваю:

– Доченька, дорогая, ты скучала по папе?

Однако, как только с моих губ срывается слово «папа», Ева меняется в лице. Еще секунду назад она улыбалась мне уголками рта, сейчас же снова замирает в нерешительности.

– Что не так? – спрашиваю у нее.

– Я… – блеет она и замолкает, упирается взглядом в носки черных туфель.

Новых, зараза! Кристина где-то нашла клад? И школьная форма новая на девчонке, и туфли.

– Говори внятно, что хотела, – прошу делано ласковым тоном.

Сейчас чуть ли не единственный момент в жизни, когда я и вправду готов ее выслушать.

Девчонка вскидывает на меня взгляд огромных карих глаз и отвечает тихо-тихо:"

"– Папа, а помнишь, ты говорил, что я никто, и ты меня не любишь. Мама думает, я забыла, но я не забыла…

Вот тебе на!

В сердцах брошенные слова теперь оборачиваются против меня.