(Не) выдаваемая замуж (СИ)

Перед тем, как ехать в больницу, Гуля заехала домой. Ей надо было переодеться. Пакет с выпечкой, укутанный в полотенца, остался на заднем сиденье машины.

***Вадим сегодня выглядел лучше, чем вчера. Зато был не таким милым.

— Что бы у тебя там ни было, Булату это нельзя.

— Значит, это тебе, — Гульнара протянул пакет. Вадим заглянул туда, потянул носом, присвистнул.

— Ему точно нельзя, а вот мне и всей смене — в самый раз. Ну, пойдем.

Гульнара едва поспевала за широким шагом Вадима.

— Как он?

— Нормально. Температуры нет. Попил. Помочился. Стула не было, — Вадим чуть сбился с шага, вздохнул. — В общем, все нормально.

Они остановились у матовой стеклянной двери. Вадим зачем-то поправил на Гульнаре халат.

— Так, это реанимация. Поэтому недолго. И еще…

— Да?

— Помни про синяки и не пугайся. Это все пройдет.

— И это тоже, — пробормотала Гульнара. — Сколько у меня есть времени?

— Пятнадцать минут.

***В палате стояла одна-единственная кровать. Женщина — наверное, медсестра — кивнула Гуле и вышла в другую дверь, возможно, в смежную палату.

А Гульнара медленно двинулась к кровати. С одной стороны от кровати стояла стойка капельницы, и Гульнаре досталась другая сторона. Та, которая синяя. Точнее, багрово-синяя.

Ссадина на все щеку и следка заплывший глаз. Плечо тоже багровое. Дальше, то есть, ниже, не видно. Все под одеялом. В том числе и то, самое страшное. То, что случилось с ногой.

Все из Гульнары вылилось вчера. И хорошо, что вылилось. Вчера она проплакалась с кем только можно — с Вадимом, с Рустамом, с мамой. А теперь все, слез больше не было. Сердце заныло от того, что Гульнара увидела, ну и что? Булат же не видит, как у нее ноет сердце. Это внутри. А снаружи — снаружи она стойкая. Она все выдержит.

Гульнара на почти не трясущихся ногах прошла, взяла стоящий у стены стул, поставила его с левой стороны кровати и села.

— Гуля, ну зачем ты?.."

"Гульнара не могла отвести взгляда от его лица. Оно было таким…таким, каким Гульнара его никогда не видела. И очень надеялась, что больше никогда не увидит своего мужа со страшным кровоподтеком на половину лица и с заплывшим глазом. Но голос при этом у него был совсем обычный. Как всегда спокойный. Только с капелькой раздражения. Да рычи, сколько хочешь. Кто предупрежден — тот вооружен. Я — во всеоружии.

Гуля протянула руку и коснулась пальцами его ладони. Вадим не обманул. Температуры нет.

— Зачем я что?

— Зачем ты пришла? Тебе не надо видеть меня таким.

Гульнара аккуратно, бережно погладила самый центр ладони.

— А ты бы ко мне не пришел?

Булат вздрогнул. Дрогнули его пальцы, вдруг сильно сжав ее пальцы. А Гульнара наклонилась и прижалась губами к его руке. Кисть была совсем не затронута этим страшным ударом, такая, как всегда. Крупная. Надежная. Крепкая.