(Не) выдаваемая замуж (СИ)

— Нравится?

Она кивнула, зачарованно глядя на кольцо. Так, ну с этим все ясно. Девочку надо баловать. Она явно балована отцом, но муж — это же совершенно другое дело.

— Спасибо.

Твое «спасибо» — то, что ты моя. Ну, почти.

— Хочешь, сходим завтра куда-нибудь?

— А куда?

— Куда ты хочешь. Но желательно туда, где не надо много и долго ходить.

Гульнара улыбнулась. У нее все-таки необыкновенно красивая улыбка — и яркая, и мягкая одновременно.

— Экоторопы в парке исключаем?

— По возможности.

— Давай сходим в театр?

— Давай. Только я в этом не особо разбираюсь.

— Я посмотрю, куда на завтра есть билеты.

— Договорились.

***На следующий день Булат заехал за Гулей к ней домой — они так договорились. И первым, кого он увидел, когда ему открыли дверь, был Рустам."

"— Здравствуй, Булат, — Рустам протянул руку. Булат ее с удовольствием пожал.

— Здравствуй, Рустам.

— А мы с Гулей соседствуем, — Рустам кивнул на две двери за своей спиной. — Холл общий, а квартиры разные.

Очень удобно. Булат не мог не оценить мудрость Ватаева-старшего. Дочь вроде бы живет отдельно, но под присмотром старшего брата. Браво, Марат Хасанович, безо всякой иронии браво. Булату очень нравилось то, что у Гули за стенкой живет Рустам.

Левая из дверей открылась, оттуда выскочила маленькая лохматая собачонка и с визгом кинулась к Булату. А потом передними лапами уперлась ему в ногу и отчаянно завиляла хвостом, звонко повизгивая.

— Вот же собака пониженной социальной ответственности, — фыркнул Рустам. — Винни, а ну фу!

Винни уже подпрыгивала от возбуждения. Булат наклонился и погладил собачку по шелковистой шкурке.

— Ее можно взять на руки?

— Есть риск, что она от восторга обмочится тебе на пиджак.

— Не выдумывай, никогда такого не было.

Булат разогнулся. У него выдержка получше, чем у Винни, конечно. Но шанс обмочиться от восторга есть.

Гуле все-таки исключительно идут платья. Сегодня какое-то особо красивое. И сама она сегодня как-то по-особому красива. Грива темных волос, перекинутых на одно плечо, крутой разлет черных бровей, миндалевидные глаза, тонкий, с изящной горбинкой нос, капризный изгиб пухлых губ — в этой девушке было прекрасно все. А самым прекрасным было то, что это его девушка. Его без трех недель жена.

— Винни, домой!

Песик проигнорировал слова Гульнары, продолжая обтирать штанины Булата.

— Ты, наверное, и не знал, что тебе досталась жена с приданым.

— Не говори глупостей, Рус, — одернула брата Гульнара.

Рус наклонился и поднял собаку на руки. Она смотрела на Булата черными бусинами глаз и отчаянно махала хвостом.

— Пожалуй, я тебя усыновлю, Винни. Точнее, удочерю. Этим двоим, — Рус повернул песью морду в сторону Гульнары и Булата, — в ближайшее время будет не до тебя.

— Ты снова говоришь глупости.