(не) Верю

 — Любимая моя девочка, — прикусывает мочку уха, кожу на шее, обхватывает ладонью грудь и трется членом о тонкую ткань нижнего белья.

Я должна остановить Аслана, но не могу. Не могу без него. Даже дышать трудно, когда его нет в моей жизни. От предательства тоже больно и меня рвет на части от контраста этих чувств. Я теряюсь, не понимаю, делаю ли сейчас правильно. Это начинает медленно отрезвлять.

— Стой, — прошу его. — Аслан, остановись, — шепчу чуть громче прямо в ухо любимому мужчине. Его затуманенный агонией взгляд цепляет мой. Муж с трудом тормозит себя, плавно опускает меня на пол и делает шаг назад.

— Люблю тебя, моя девочка. Я услышал, — он вновь скрывается за занавеской душа и врубает холодную воду, а я опускаюсь на корточки, прячу в ладонях горящее лицо, нервно смеюсь и плачу одновременно.

Глава 35. Манипуляторша

Аня.

Под строгим взглядом папы нас усадили на кухне за стол. Мама сделала чай, поставила перед нами вазочку со сладостями и недовольно поджав губы села рядом с мужем. Напряжение, возникшее в маленьком помещении, можно ножом резать. Аслан греет руки о кружку, я боюсь смотреть папе в глаза. Хоть ни в чем и не виновата, все равно стыдно.

С грохотом отец отодвинул табурет, вышел, а через пару минут шарахнул об стол бутылкой коньяка и парой стаканов. Тяжело сопя, открутил крышку, разлил коричневую жидкость и подвинул один из стаканов Аслану.

— Полагаю, нам лучше не знать, что у вас случилось, — папа очень строго смотрит на моего мужчину.

— Мы разберемся, — заверил Аслан, накрыв ладонью свой стакан. — Я за рулем, — и папа выпил один.

— Так, ну все, хватит! — не выдержала мама, забрала со стола бутылку, вырвала у отца из рук пустой стакан и бросила его в раковину. — Совести у вас нет! Воспитывала дочь, а она… В ванной! Аня, ну как так можно?!

— Тебе показать? — вдруг со смехом выдал папа. Его подхватили и все остальные, только мама недовольно отвернулась к окну. Мне кажется, для нее любое проявление эмоций, за исключением восхищения литературой или картинами, является табу. Для меня, наверное, навсегда останется загадкой, как они, такие разные, столько лет прожили вместе."

"— Кстати, дочь, — обратилась ко мне родительница, когда напряжение окончательно рассыпалось. — Есть отличная возможность подработки на лето. Директор Дома малютки, очень уважаемая женщина и моя хорошая знакомая, на днях спрашивала, нет ли у меня кого-то на лето, чтобы помочь за детками присматривать. Я подумала, что для тебя это отличная возможность всему научиться и проявить себя. Когда-нибудь ведь вы подарите мне внуков, — Аслан сжал под столом мою ладонь и заскрипел зубами, я сглотнула ком в горле и постаралась выдавить из себя улыбку. Они ведь не знают… А мама вообще о внуках даже не заикалась.