Бунтари не попадают в рай

Если не секрет, сколько вам лет?

Недоумение на ее лице сменяется широкой, до невозможности очаровательной улыбкой, и, коротко рассмеявшись, Елена выдает:

– Ох, Янковский, если б вы не были студентом, я бы сказала, что задавать подобные вопросы женщине крайне невежливо. Но так как вы он, я отвечу. Мне двадцать четыре, – она усмехается. – Видите, не такая уж я и молодая.

Эта ее ремарка про студента неприятно царапает слух. Не то чтобы я надеялся на то, что она будет воспринимать меня как-то иначе, просто… Черта с два! Да кого я обманываю? Конечно, я на это надеялся! Подспудно, бессознательно, но все же…

– Я думал, вам лет двадцать, – заявляю чистосердечно. – Вы… Вы очень красивая.

Блин, не знаю, зачем я это говорю… Ведь не к месту мои комплименты, не к месту! Елена ни словом, ни полунамеком не дала понять, что с ней можно переходить черту… А я беру и сам ее перешагиваю!

– Спасибо, Егор, – отзывается она чуть тише обычного.

Щеки девушки слегка розовеют, но больше она ничего не добавляет. Ни замечания о неуместности моих слов, ни чисто женского «ой, вы мне льстите». Ничего. Просто идет, глядя себе под ноги, и молчит. Что бы это могло значить?

Следующую сотню метров мы преодолеваем в тишине. Я терзаюсь догадками и предположениями, а Елена не спешить вмешиваться в мою внезапно навалившуюся задумчивость.

– Мы почти пришли, вот мой дом, – остановившись, она кивает в сторону панельной многоэтажки.

– До свиданья, Елена Алексеевна, – говорю я, становясь напротив. – Вы извините, если я что-то невпопад ляпнул…

– Ничего, Егор, все нормально. Я…

– Лена! – неожиданно раздается возглас, и мы как по команде оборачиваемся к источнику звука.

Со скамейки, расположенной у одного из подъездов, поднимается молодой мужчина в кожаной куртке и торопливым шагом устремляется к нам. На вид ему едва ли больше тридцати, однако выглядит он изрядно потрепанным: волосы взлохмачены, коленки на джинсах слегка растянулись, а черные ботинки явно требуют помывки.

Увидев мужчину, Елена как-то резко бледнеет, а мышцы на ее прекрасном лице напрягаются: пухлые губы превращаются в тонкую нить, а меж бровей залегает морщинка. Не надо быть специалистом в области физиогномики, чтобы понять, что девушка совсем не рада этой встрече.

– Лен, я тебя уже больше часа жду! – бросает мужчина, приближаясь. – Расписание, что ли, изменилось?

Его тон недовольный и в то же время требовательный.

– У меня репетиторство было, – бесцветным голосом отзывается она.

Короткий стыдливый взгляд, брошенный сначала в мою сторону, а потом резко дернувшийся к незнакомцу, красноречиво говорит о том, что ей неловко. Она точно не хотела, чтобы я становился свидетелем этой явно незапланированной встречи.