Ты не знаешь о дочери

— Оля… Олечка, — сжала Катя маленькие ладошки дочери.

— Не беспокойтесь, у неё пока очень мало сил, — негромко сказал доктор. — Лихорадка всё ещё мучает её. Давайте выйдем.

Он мягко подтолкнул Катю, которая снова начала плакать, прижав ладонь к губам, к двери, я перехватил её за локоть и вывел за дверь.

Она остановилась у двери и стала смотреть в небольшое окошко на врачей, которые стали хлопотать над девочкой. Сказали не бояться, а сами забегали…

Врач тоже вышел к нам через несколько минут.

— Что случилось? — спросила Катя.

— Температура снова очень высокая поднялась, — ответил он. — Но мы контролируем. Сейчас ей поставят ещё капельницу.

— Токсикация так и идёт? — спросил я.

— Пока да, сутки еще не прошли. Через пару дней ей должно стать легче.

— А по клещу что-то известно уже?

— Пока нет, мы только утром его отдали в лабораторию.

— То есть еще неизвестно, что он переносил? И переносил ли?

— Для того мы и отдали его на исследования, — пояснил доктор, пока Катя гладила стекло окна, за которым лежала её дочь. Наша… — Если что-то обнаружится — мы сможем оказать помощь и нивелировать последствия инфекции. Вчера уже мы ввели необходимые препараты, чтобы предотвратить развитие любой из них, но на всякий случай надо удостовериться, поэтому ждем результата. Он будет на днях.

— Доктор, а можно попросить какой-то дополнительный уход за девочкой? — задал новый вопрос я.

— Какой дополнительный? — пожал плечами тот. — У нас и так клиника платная, и врачи тут все хорошие. Присмотрим, не переживайте.

— Спасибо. А потом её в обычную палату переведут?

— Да, как перестанет температура подниматься — сразу переведём.

— Палаты комфортные? Или можно заказать какую-то особенную?

— Все одинаковые, на двух человек. Не переживайте, они хорошие. И за девочкой вашей присмотрим. Вы вещи Оли привезли?

— Да, — ответил я и протянул пакет с вещами врачу. Я забрал его у Кати, когда она шла к Оле.

— Отлично. Тогда на сегодня всё. Не стоит мешать врачам заниматься вашим ребёнком. Приходите теперь уже завтра.

— Я останусь, — заявила Катя, и мы оба обернулись на неё.

Мне казалось, она нас совсем не слушает, но это было не так.

— В этом смысла нет, — пояснил врач. — Вас сегодня больше не пустят в палату, и тут тоже оставаться нельзя — по коридорам мы возим экстренных больных. Поэтому прошу покинуть отделение и приходить завтра. Всё будет хорошо.

Катя не стала с ним спорить. Кинула ещё один полный слёз взгляд на Олю под капельницей, и побрела к двери.

За дверью отделения интенсивной терапии она сначала остановилась и осмотрелась. Села на длинную скамейку в коридоре и стала смотреть в одну точку.

— Кать, ты серьёзно тут останешься?

В ответ она просто разрыдалась.