Ты не знаешь о дочери

Всё-таки ругаться совсем из-за Романа мне не хотелось. — Уже то, что ты предлагаешь помощь и беспокоишься о чужом ребёнке — дорогого стоит. Я всё вижу, не переживай. Но сейчас я хочу побыть одна. А Роман — вынужденная мера. Понимаешь?

— Да.

— Я понятия не имею, что вы там не поделили, но на склоки у меня нет душевных сил. Сейчас я еду домой, вечером в клинику. Всё со мной нормально.

— Можно будет хотя бы позвонить тебе? — спросил он. — Вечером.

— После семи часов. Но не очень поздно.

— Я позвоню в семь.

— Ну, позвони.

— Тогда буду ждать семи вечера.

— Хорошего дня, — ответила я и повесила трубку."

"А Виктор не сдаётся. Действительно решил завоевать меня? А Роме почему это так не нравится? У него есть своя женщина, вот на ней бы и сосредоточился…

Вся эта некрасивая сцена на парковке клиники так и засела в голове…

Что хотел этим сказать Роман?

Глава 40

КатяВозле входа в отделение вечером столкнулась с Романом.

— Привет… еще раз, — сказал он мне, почесав переносицу.

— Добрый вечер, — ответила я. — Приехал проведать Олю?

— Ну да. Можно?

— Можно, — пожала я плечами. — Она в сознании, слава богу.

— Очень хорошо, — сказал он. — Слушай, а как мне с ней общаться?

Рома растерянно провёл пятерней по волосам, взъерошив их. Он волнуется…

— Обычно общайся, — ответила я. — Как будто ты ее друг.

— А что мы ей скажем? Что я — кто?

— Мой друг, — посмотрела я на него. — Пока так.

— Ну да, логично, — кивнул я. — Тем более, ещё нет результата теста.

— Да, раз ты не уверен, что Оля твоя дочь, то и говорить ей об этом не вздумай, — строго сказала я. — Не трепи нервы хотя бы ребёнку.

— Я и не трепал бы.

— Это ты так думаешь.

— И я уверен, что она моя дочь, — заявил Рома, и я встретилась с его серыми глазами.

— Правда? — скептически изогнула я одну бровь.

— Да.

— Почему?

— Ты не лгала бы в таких вопросах. Я тебе верю. И чувствую, что это правда.

Лучше бы ты мне, Рома, верил и чувствовал правду пять лет назад…

— Зачем тогда тест? — сложила я руки под грудью.

— Для официального подтверждения. Формальность. Для того, чтобы ты записала меня в документы ребёнка.

Я нахмурилась. Делать этого не хочу, но теперь дело уже вышло за пределы моего контроля. А еще я услышала Петра Сергеевича — было эгоистично лишать Олю родных, общения с ними, хорошего образования, которое даже я с неплохой зарплатой не могла бы дать ей, из-за своих обид на Романа. Это наши с ним отношения, которые не должны отражаться на ребёнке. Общаться нам всё равно придется, нас связывает дочь. Теперь он о ней узнал, хочет участвовать в ее воспитании, и мне придётся терпеть присутствие Ромы в наших с Олей жизнях.

Его, и Лады. Видеть их любовь.