Не твоя дочь

— Да, да, здесь, — вспоминаю быстро, о чем мы говорили. — Совсем не рада, Вань.

— Мне прилететь? — из голоса пропадает серьезность.

— Зачем, Вань? Через пару дней меня выпишут, буду долечиваться дома.

— Ты стала слишком самостоятельной, совсем забыла, что у тебя есть старший брат, — ворчит по-доброму, в голосе слышится улыбка.

Помнит…

Глеб, вернувшись на «свой» диван, продолжает наблюдать. Я старательно не смотрю в его сторону, но стоит встретиться взглядами, улавливаю в глазах боль. И это задевает, раздирает душу на ошметки! Это ему больно? Ему?!

Мы еще немного общаемся с Ванькой. В конце он заверяет, что прилетит к нам в гости после Нового года. И опять в груди эта двойственность чувств: радость и страх.

— Ты зря все это затеял, Глеб, — как только прощаюсь с Ванькой и откладываю в сторону телефон. — Не нужно пытаться меня вернуть, я не хочу быть с тобой, — понимаю, что этот разговор – очередное хождение по кругу, мы только делаем друг другу больно, но так больше продолжаться не может. Пришло время высказать все, что кипит внутри. Все, что тогда я ему не сказала.

Глеб молчит, складывает на коленях руки в замок и смотрит холодно. Его жесты говорят, что он не согласен со мной и не уступит. Я удобнее устраиваюсь на кровати, подтягиваюсь к спинке кровати.

— Я не смогу простить измену, Глеб, — мой голос звучит спокойно, но внутри я захлебываюсь кровью и болью. — Ты растоптал мои чувства. Унизил при своей любовнице. Лучше бы убил, — останавливаю себя, потому что голос начинает дрожать, я не хочу показывать, что мне больно до сих пор. Нельзя забыть единственного мужчину, которого безумно любила. — В том номере я признавалась тебе в любви, — взяв эмоции под контроль, продолжаю выговаривать уже спокойно.

Хотя до сих пор обидно за ту влюбленную до сумасшествия восемнадцатилетнюю девочку, которая верила каждому его признанию. Обидно за ту девочку, которая до сих пор помнит каждую ночь с ним…

— «Это наш номер, сюда я приводил только тебя» – ты сам это говорил, Глеб. Получается, врал, — продолжаю выговаривать, пока он молчит и слушает. — Ты разбил коллекцию моих прекрасных воспоминаний, когда привел туда Алену… — та ночь слишком ярко отложилась в моих воспоминаниях. Они до сих пор словно живые.

— Между нами ничего не было, — сухо произносит он, не думая оправдываться. Но мои слова задевают его за живое. Глеб напряжен, на виске дергается венка.

— Только потому, что я появилась так не вовремя…

Глава 15

Милада

— Я знал, что ты придешь, Милада. Думаешь, поговорив с тобой, охрана тут же не отчиталась мне? — поднимается с дивана, пододвигает стул и садится рядом."

"Время не властно над моими чувствами, не получается оставаться к нему равнодушной, но я упорно держу на лице маску безразличия.

— Я ничего не думаю, Глеб.