Не суждено быть сломленной

Зак выключил душ и вышел завернув мне полотенце, прежде чем взять одно для себя и начать вытираться. Мне пришлось сдержать улыбку, когда я увидела, как он растирает свою длину. Как он мог спрятать ее по дороге в свою комнату? Он обернул полотенце вокруг бедер, но это ничего не скрывало. Прикрывшись полотенцем, я последовала за Заком обратно в нашу комнату.

Я нервничала, но напряжение между моими ногами говорило громче, чем мое беспокойство. Полная неуверенности, я стояла в комнате и ждала.

Зак положил руку мне на плечо.

— Скажи мне, если передумаешь.

Я покачала головой. Я подошла к кровати и опустилась на нее, все еще завернутая в полотенце. Зак присел передо мной на корточки. Он обхватил мое лицо ладонями.

— Я хочу, чтобы тебе было хорошо, — он наклонился вперед и прошептал мне в рот: — Дай мне тебя лизнуть. Я хочу поцеловать каждый сантиметр твоего тела.

Мои губы приоткрылись от удивления. Мысль о губах Зака между моих ног вызвала во мне трепет. Это было не то, что могло бы напомнить мне о произошедшем. Я любила, когда Зак целовал меня. Насколько лучше было бы чувствовать себя, если бы он поцеловал меня там, внизу?

— Хорошо, — сказала я.

— Поднимись, — прохрипел Зак.

Я так и сделала и смотрела на него широко раскрытыми глазами, когда он устроился на кровати рядом со мной. Он просунул один палец под мое полотенце и посмотрел на меня.

— Можно мне его снять?

Я кивнула, потом вспомнила правило Зака и сказала:

— Да.

Зак развернул мое полотенце, и я подняла свою задницу и спину с кровати, чтобы он мог вытащить ее из-под меня.

— Я сообщу тебе, прежде чем поцелую или прикоснусь к тебе где-нибудь, а ты скажешь «да». Если ты этого не сделаешь, я перестану, хорошо?

— Хорошо.

— Ладно, — Зак вздохнул, глаза были напряжены, пока бродили по моему обнаженному телу.

Закари

Мои глаза изучали каждый сантиметр прекрасного тела Эмбер. Я не мог поверить, что она смотрела, как я дрочу. Воспоминания о выражении ее лица, когда я гладил себя, было достаточно, чтобы снова возбудить меня.

Но мой стояк сейчас не имел значения. Когда Эмбер лежала передо мной, обнаженная, с доверием в глазах, все, что меня волновало, это показать ей, что такое удовольствие. Я хотел доказать ей, что то, что было вчера — ничто, по сравнению с тем, что она испытает сегодня. Я склонился над ее грудью, а потом заглянул ей в глаза. Она быстро закрыла их, ее щеки покраснели."

"— Сейчас я поцелую и лизну твои груди, — пробормотал я, мои губы находились в сантиметре от ее соска.

Я сделал это вчера, но мог сказать, что Эмбер была более нервной сегодня, потому что была обнажена и уязвима. И с одним лишь полотенцем на бедрах я тоже был не совсем одет.

— Хорошо, — сказала она еле слышным шепотом, ее мышцы напряглись.

Я провел языком по ее соску, и ее тело дернулось.