Не суждено быть сломленной

— Я знаю, — сказала я с улыбкой. — Но я буду чувствовать себя ужасно, если не внесу свой вклад в эту поездку. У меня есть немного денег на моем сберегательном счете, чтобы заплатить за еду и жилье на пару недель.

Зак выглядел так, будто готов был запротестовать, но потом поцеловал меня. — Вот за это я тебя и люблю. Бриттани и большинство других девушек, которых я встречал, позволили бы мне заплатить за все, не моргнув глазом. Ты даже не заботишься о моих деньгах.

— Я забочусь о тебе. Деньги — это хорошая подушка, на которую можно упасть, но они не могут купить счастья, любовь или что-то действительно важное.

Зак еще крепче сжал мою руку и прижался ко мне губами. Он почти сразу же углубил поцелуй, и я прижалась к нему, будто тонула, а он был моей спасательной шлюпкой.

— И как долго ты планируешь путешествовать? — спросила я, чувствуя себя все более и более возбужденной с каждой минутой.

И что было еще лучше: я снова находилась в объятиях Зака, и мы хотели попробовать еще раз.

— Не знаю. Столько, сколько потребуется, чтобы увидеть то, что мы хотим увидеть, или пока мы не почувствуем, что хотим домой. Сейчас в Аргентине и Чили лето, так что нам не стоит беспокоиться о погоде в Патагонии.

— Это может занять некоторое время, — поддразнила я его.

— Мне все равно. Я хочу заниматься с тобой любовью во всех странах Южной Америки и на всех континентах этого мира.

Я рассмеялась, переплетая наши пальцы.

— Как насчет того, чтобы заняться со мной любовью прямо сейчас?

Зак ничего не сказал, только повел меня в свою комнату. Мы упали на его кровать, целовались и трогали каждый сантиметр друг друга. Когда мы занимались любовью, это было медленно, сладко, нежно и любяще, почти благоговейно.

Позже, когда мы лежали в объятиях друг друга и слушали наше прерывистое дыхание, я поняла, что это начало чего-то нового, чего-то еще лучшего.

Я прошла долгий путь, разрушила стены, которые казались непроницаемыми, обнаружила, что иногда нужно отпустить то, что ты потерял, чтобы понять, что в каждом из нас есть нечто большее, чем мы считали возможным. Я стану кем-то новым; мое сломленное «я» все еще являлось частью меня, всегда будет частью меня, но я научилась жить с этим и научилась видеть дальше того, что не должно было произойти, чтобы найти новое счастье.

— Я люблю тебя, — прошептал Зак, уткнувшись мне в шею.

— И я люблю тебя.

КОНЕЦ"