Не смей меня... хотеть

— То есть, мне сейчас стоило устроить концерт из-за пиццы? И салата? — уточняю я по-прежнему спокойно, неожиданно находя странное удовлетворение в том, что Немой выводится на эмоции, выбешивается.

— Тебе стоило хотя бы иногда проявлять свое “я”, а не таскаться без своего мнения, словно корова на веревке.

— Это ты меня так мило возвращаешь к нашему разговору сегодняшнему? О том, что я — инфантильная папочкина принцесса без своего мнения?

— Считай так.

Я ужасно хочу уйти, понимая, что свидание провалено, и нет смысла дальше находиться рядом с этим хамом, но тут приносят заказ.

Я смотрю на ароматную пиццу, сборную солянку из всех, представленных в ресторане видов, на овощной салат, призванный нежно оттенить вкусы пиццы, и понимаю, Немой меня явно подначивает, явно не просто так грубит, тоже хочет вывести… На что-то.

Неожиданно мне становится невероятно интересно, кажется, что разгаданная линия его поведения добавляет остроты во вроде бы уже окончательно проваленное свидание.

Я нежно улыбаюсь, подхватываю кусок пиццы руками и с удовольствием кусаю. Смотрю на напряженного парня напротив, жадно следящего за моими действиями, готового к любому моему выбрыку… И наслаждаюсь тем, что сломала ему шаблон.

Кайф какой…

То ли еще будет, мальчик!

— Я ведь тебе не нравлюсь, Захар, — мурлычу я своим самым сладким голосом, медленно обхватываю трубочку губами, отпиваю, щурюсь на его каменное лицо, — с самой первой встречи… Почему?

— С чего ты взяла… — бормочет он, неожиданно отведя взгляд и вроде бы даже смутившись.

А я , не торопясь, откусываю  еще кусок, прожевываю, наслаждаясь все больше тяжелеющим взглядом Немого, и улыбаюсь, подключая все свое обаяние:"

"— Потому что это видно, Захар. Ты на меня смотришь так, словно в чем-то упрекаешь… Но я не могу понять, в чем я провинилась? Или тебе просто не нравятся… Нормальные девушки?

Немой сжимает губы, а затем внезапно расслабляется, тянет сигарету из пачки, прикуривает, смотрит на меня через дым.

— Смотря что ты считаешь нормальностью…

— Скромность, спокойствие, привычку думать головой, не бросаться на… — начинаю перечислять я, но Немой перебивает:

— То есть, ты не бросилась на Лексуса?

— Нет, — удивленно отвечаю я, — что за глупые идеи?

— То есть, ты реально не врала там, на крыльце? И согласилась бы встречаться с кем-то… Менее богатым?

— Да причем тут вообще богатство? — я все же выхожу из себя, повышаю голос.