Не смей меня... хотеть

И вот теперь мы с ней сидим, ужасно трезвые, потому что адреналин весь алкоголь выветрил моментально, и жутко переживающие эту дурацкую историю.

— Бл-и-и-ин… — сокрушается Риска, размазывая с непривычки тушь по щекам, — все из-за меня! Вечно я встреваю во всякое дерьмище!

— Да прекрати… — вяло отвечаю я, не зная, что в таких ситуациях вообще говорить и как действовать, — ты-то в чем виновата? Это все твой Артем… Ох… Надеюсь, что у него ничего серьезного…

Мысль, что этот придурок может умереть, обжигает ужасом. Ведь тогда Немой пойдет в тюрьму… Боже! Голова даже начинает болеть от жути! Он же… Он же за меня вступился! Значит, и я виновата!

Сглатываю, ощущая  дикую сухость во рту и мерзкий холодный пот по спине.

Наша маленькая дурость неожиданно превращается из стыдной истории в большую проблему. В то, что может поломать жизни нескольким людям."

"Конечно, можно откреститься, сказать, что Немой сам виноват, его никто не просил, в конце концов, но… Но я так не сделаю никогда.

Он меня не любит, терпеть не может, но вступился, не дал Артему ударить еще раз. А ведь Артем сильный парень, мог так толкнуть, что , возможно, скорую бы мне вызывали… Но это все жалкие попытки оправдать собственную дурость и мягкотелость.

Немой вписался во все это из-за меня.

Значит, я должна сделать все возможное, чтоб его вытащить!

И стыд тут вообще не в тему!

Мне надо звонить папе!

Потом попереживаю и постыжусь. Сначала Немого вытащу.

Но я не успеваю сказать это все Риске, потому что она уже набирает кому-то в телефоне.

У нас телефоны не отобрали и вообще очень даже вежливо обходились. В отличие от парней, которых тупо заломали и пинками всех скопом загнали в машину полиции.

— Папа… — голос Риски звучит настолько жалко, что , если б не хитрая физиономия сейчас, то можно было бы запросто проникнуться и пожалеть бедного ребенка, — пап… Я в полиции…

Из трубки слышу нечленораздельный  грубый рев, Риска, морщась, чуть отводит телефон в сторону, знаками показывая мне, что все окей.

Ну ладно… Окей, так окей… Но  я бы вот лично описалась уже, если б мой папа со мной так по телефону разговаривал…

Хотя, неизвестно, как бы мой папа со мной разговаривал, если б я ему с такой новостью позвонила…

Между тем, голос в трубке становится спокойней и, судя по всему, задает вполне осмысленные вопросы.

Риска коротко отвечает:

— В клубе была. Нет. Не с Артемом. С подругой. Не знаю, где Игорь. На нас напали и нас парни защитили… Со мной все нормально. Вообще нет. Да, все в полиции теперь. В тридцать пятом отделении. Ага. Пап… А мальчишек тоже… Ну ладно, потом, да.

Она кладет трубку и говорит спокойно:

— Все нормально, сейчас папа приедет.