( Не)счастье для Его Высочества, или невеста поневоле (СИ)

Я медленно села на кровати, ощущая слабость в теле, словно меня разломали на кусочки, а затем собрали обратно. Шея затекла, каждый вдох отдавал болью в ребрах, губы пересохли. Мысли были как в тумане. Который сейчас час, интересно? Раннее утро, скорее всего…

— Элис! Ты пришла в себя! Как самочувствие? — голос отца зазвучал совсем близко, а в следующее мгновение он и сам появился передо мной. — Сейчас верну лекаря и…

Взволнованный, обеспокоенный. Между бровями залегла морщинка. Но в глазах плескалась радость.

— Не стоит. Кажется, я в порядке, пап, — прошептала я пересохшими губами, пытаясь убедить и его, и себя. — Небольшая слабость, но это пройдёт.

Он кивнул, но я видела, что его беспокойство не уходит. Я сделала глубокий вдох, и воспоминания затопили разум яркими вспышками. Холодная комната, леди Фрэнсин, король, его жестокие слова и… Себастиан. Он появился, закрыл меня собой и все. Больше я ничего не помнила.

— Что случилось с Себастианом? — я воскликнула громче, чем ожидала.

— Тише-тише, милая. Давай позже все обсудим, тебе нельзя волноваться. И выпей воды. Твоя магия не стабильна и…

Подхватила стакан с прикроватной тумбы, сделала глоток и тут же заметила на столешнице тонкую цепочку с опалом, который сейчас искрился голубоватым светом в солнечных лучах.

— Упрямица. Его Высочество в порядке, занимается государственными делами ввиду… обстоятельств, — успокоил меня отец. — Я лично с ним общался.

Внутри прокатилось облегчение. Но был и другой вопрос, который меня волновал не меньше.

— А… Его Величество? — продолжила я.

Отец медлил с ответом поджал губы и подошел к окну. Зашторил шторы и щелкнув пальцами, оградил мою спальню заклятием тишины.

— Па-ап? — я проговорила, ощущая, как по спине прокатился холодок.

Я встала на пути короля. Чуть было не использовала заклятия против него же, чтобы спасти свою жизнь, конечно. Но кого это волнует? Меня могли арестовать, казнить, но я была в своей спальне. Почему? Что там произошло?

— Его Величеству повезло меньше, — сказал он, стараясь подобрать слова. — Он серьезно болен, не в сознании. Полагаю, его дни сочтены.

Голова шла кругом, я даже покачнулась от наплыва эмоций. Ничего хорошего для меня эта новость не несла.

— Нет, дорогая, твоей вины в состоянии Его Величества нет, — отец нахмурился. — Ты побледнела. Милая, давай отложим разговор на потом?

— Нет. Мне нужно знать все, что тебе известно. Как долго я здесь вообще пролежала? Что произошло на балу? Что с Его Величеством? И что с отбором? Почему я дома?

Отец опустился в кресло напротив кровати.

— Все точно так же как в детстве, — отец усмехнулся. — Тысяча вопросов, на которые тебе не терпится получить ответ. Хорошо, я расскажу все, что удалось узнать от Его Высочества.