Не родные

— Охуенно кончаешь, малыш, — произносит Кирилл, двигаясь увереннее и быстрее. — Хочу много раз это видеть.

Я не верю, что всё это слышу. Глажу его лопатки, затылок и спину. Прохожусь кончиками пальцев по каждому неровному шраму. У него их много, очень.

Кирилл выходит из меня, снимает презерватив и отшвыривает его в сторону. Проводит ладонью вверх и вниз по крупному органу, а затем касается головкой моего живота. Я смотрю словно заворожённая. Хочу потрогать. Приподнимаюсь на локтях, тянусь к нему. Делаю всё точно так же, как и Кирилл. Смотрю ему в глаза при этом. Самсонов толкается мне в руку, член будто ещё больше становится. Он напрягается всем телом и с глухим стоном кончает, покрывая мой живот и грудь горячими белыми каплями.

От того, как он это делает, у меня волоски на коже дыбом встают. Надо повторить ещё и ещё. Обязательно.

Обессиленно рухнув на кровать, мы переводим дыхание. Нам сладко и хорошо, в душ идти не хочется. Кирилл гасит свет и до хруста в рёбрах меня к себе прижимает. Наверное, сегодня ночью я точно не усну, потому что испытываю то, чего никогда в своей жизни не испытывала. Сложно описать словами, но кажется, я влюбилась. По-настоящему: сильно и бесповоротно.

Глава 35

Под утро меня всё же смаривает усталость. Вдоволь налюбовавшись профилем Кирилла, его угольно-чёрными ресницами, чётко очерченными губами и густыми бровями, закрываю глаза. И почему раньше я считала его непривлекательным и страшным? Почему ненавидела? Даже избавиться планировала! Какой же глупой я была…

Мне снится лето, солнце, пальмы и тёплый песок, в который я зарываюсь пальцами ног, чтобы согреться. После холодной столицы в самый раз. Подставляю лицо морскому бризу, улыбаюсь. Кирилл рядом, мы держим друг друга за руки. Что может быть лучше, чем отпуск с любимым человеком? И так хорошо мне, свободно. Глубоко дышать получается, в полную силу.

Я не хочу просыпаться, но пробуждение приятное и вызывает бурю эмоций. Самсонов неторопливо поглаживает меня, прижавшись раскалённым телом к моей спине. Открыв глаза, вижу, как сквозь плотно закрытые шторы пробиваются первые солнечные лучи.

Пальцы Кирилла едва ощутимо ласкают мою грудь, задевают соски. Щёки вспыхивают, а низ живота обдаёт жаром. Мамочки… Я ведь теперь не девушка. Женщина. Мы занимались сексом, любили друг друга. Сильно, отчаянно, искренне. Мне безумно понравилось.

Упираюсь ягодицами в его пах и гуще краснею, потому что он горячий и твёрдый. Я с ума схожу от мысли, что Самсонов может войти в меня и двигаться, как вчера. Резко, быстро, в полную силу.

— Доброе утро, — негромко произносит Кирилл.

— Доброе. Очень доброе.