Не провоцируй, белочка!

Тушь и губная помада нашлись в сумочке Милы, а моя косметичка осталась в доме Рената.

— Выглядишь шикарно, — оглядев меня, грустно произнесла невестка.

— Иногда стараешься выглядеть хорошо, не получается, а тут, как назло… — недовольно покачала я головой, рассматривая свое отражение в зеркале.

— Ты всегда красавица.

— Кто бы говорил. — Мила очень хорошенькая. Даже то, что она последние дни не красится, не высыпается и выглядит подавленной, ее не портит. У Милы тонкая природная красота: нежный цвет лица, пухлые губы и большие светло-голубого цвета глаза.

— Кукушка хвалит петуха, за то, что хвалит он кукушку, — с улыбкой произнесла невестка.

Степа просканировал мой внешний вид, ничего не сказал. Если бы его, что-то не устроило, он бы молчать не стал. Наверное, туфли на высоком каблуке так любимые им, отвлекли от серого цвета платья и минимума косметики на лице.

Ровно в шесть мы выехали из «тюрьмы» в сторону дома Боярова. Виктор был любезен, но крайне сдержан. На ужине кроме хозяина дома присутствовала его пожилая мать и тринадцатилетний сын от первого брака. Мы были знакомы, неудивительно, что моему присутствию Светлана Юрьевна не обрадовалась. Весь ее внешний вид демонстрировал, что мой побег и позор сына не забудут, не простят. Задрав свой аристократичный нос, она поджала недовольно губы, теперь они напоминали тонкую прорезь в области рта.

За меня извинился брат, а я нехотя поддакнула. Если бы Виктор решил оставить меня в качестве любовницы, его бы родственники за столом не присутствовали, подумала я. Так же, наверное, подумал и Степан, настроение брата заметно улучшилось. Осуждающие взгляды возможной свекрови раздражали, я старалась не смотреть в ее сторону. Сын Боярова ушел к себе. Мужчины после ужина удалились в кабинет, а мы остались пить чай в гостиной.

— Я хотела бы вам, кое-что сказать. — в руках Светлана Юрьевна держала кружку, изящно оттопыренный мизинец был направлен в мою сторону. Женщина всячески демонстрировала свое высокомерие.

— Независимо оттого, простил Виктор ваш постыдный поступок или нет, я хочу предупредить, что не желаю видеть вас своей невесткой. Не хочу, чтобы вы вошли в нашу семью, — выговаривала она. — Наличие денег не делает вас достойной невестой. Вы хабалка. Ваше нежелание стать супругой моего сыну читается невооруженным взглядом. Виктор может получить любую женщину. Любую. Я уверена, он встретит приличную женщину. Виктор достоин любви и уважения. Молодая необразованная барышня ему не пара! — я молчала, а женщина все сильнее расходились. Ее сейчас инсульт ударит, а я останусь виноватой. Мать Боярова продолжала что-то говорить, а я отвлеклась, мои мысли витали вокруг того, что происходит в кабинете.