Не промахнись, снайпер!

Неделю спустя мы с Веней Малышко заметили на рассвете возле противоположного берега резиновую лодку. Итальянские саперы еще с ночи минировали прибрежное дно и на свою беду провозились слишком долго. Не заметили, что уже рассвело, а туман, который их прикрывал, разогнало ветром. Мы успели срезать одного из них, но нам его все равно не засчитали. Сапер свалился за борт и сразу утонул под тяжестью амуниции. Двое других спрыгнули в воду и исчезли в кустах. Торопливые выстрелы вслед их не достали. Пробитая пулей лодка, съежившись, колыхалась у берега.

Наши минометчики разглядели ее и накрыли вторым залпом. С десяток мин запустили на берег, откуда вел огонь пулемет. Кажется, по их сводкам, этот незначительный эпизод прошел как уничтожение вражеской разведгруппы. Засекли лодку в момент отплытия и уничтожили вместе с прикрывающим ее пулеметным расчетом."

"Что поделаешь. К вранью толкало не только желание показать, что ты воюешь, но и требования командиров давать результаты. А какие, к чертям, результаты, если в сентябре артиллеристы и минометчики стреляли только по разрешению штаба полка. Берегли боеприпасы на случай наступления врага.

С нами, снайперами, получалась такая ситуация. Засчитывали уничтоженных итальянцев только в случае подтверждения несколькими свидетелями, желательно командирами, от младшего лейтенанта и выше. Слово «офицер» в Красной Армии тогда не употреблялось, оно появилось в обиходе лишь весной сорок третьего года. Так вот, в отчетах указывались все уничтоженные снайперами враги, а в наши карточки учета попадало немногим больше половины. Но мы не спорили. Как-то не принято было хвалиться количеством убитых тобою людей. Хотя это и враги.

Октябрь запомнился обстрелами, бомбежками и активизацией боевых действий с обеих сторон. Мы не вылезали из засад, редкий день проходил у меня без выстрела по цели. В снайперской книжке появились новые записи, однако начальник разведки Ясковец, как я говорил, не разрешал Ангаре вносить в карточки учета цифры без согласования с ним.

— Где свидетели? Спят твои снайперы.

— Один уже навсегда заснул, — огрызался старший сержант. — Откуда я вам свидетелей найду?

Ангара был прав. Какие, к чертям, свидетели! Все происходило быстро. Выстрел, мгновенно исчезнувшая в траншее голова в каске или пилотке. Мало кто успевал понять, что произошло. Хотя я уже безошибочно угадывал, когда противник убит, тяжело ранен или спрятался от пролетевшей мимо пули. Мы также отучили итальянцев спускаться перед рассветом за водой.

Для обеих сторон свежая вода являлась проблемой. Колодцы на левом берегу не могли обеспечить все воинские части. Мы набирали воду с берега в тех местах, где деревья вплотную подступали к реке.