(не) полюби дьявола

Если ты ищешь свет, то в конце концов можешь его найти. Но если ты ищешь тьму, ты всегда и везде будешь видеть только тьму.

Тори медленно поднималась по лестнице на второй этаж, продолжая держать в руке букет полевых цветов.

— Если ты думаешь, что я буду бежать к тебе по первому зову, ты ошибаешься, Дэй, — громко объявила она, заходя в его спальню.

Тори подошла к столу и поставила в вазу свежие цветы.

— Ты опять их принесла? — недовольно спросил Хант.

— Они воняют. Убери их.

— Они пахнут восхитительно! Это те же, что я приносила вчера. Когда ты спросил, чем так вкусно пахнет в комнате, — она улыбнулась и посмотрела на нахмуренного Дэя. — Ты чего недовольный?

Потому что тебя, черт возьми, долго не было!

В нем остался страх. Дэймон боялся, что с ней что-нибудь случится, и он не сможет ей помочь… Именно поэтому Хант чувствовал себя более спокойно, когда Тори была рядом.

В нем вообще все было по-другому. Внутри все ощущалось иначе.

За эту неделю, что они провели здесь, он научился узнавать Тори по шагам. Легким, невесомым, но быстрым.

Почему я никогда не обращал внимания на то, что она быстро ходит?

Он научился узнавать ее настроение лишь по голосу… Вот сейчас она улыбалась. Дэй не видел это, он это чувствовал.

А еще он слышал перешептывания слуг и его раздражало, что прислуга о нем сплетничает. Герцог начал замечать те вещи, на которые просто раньше не обращал внимания.

Предметы были лишь очертаниями, и то при ярком свете… Когда же наступал вечер, он совсем ничего не видел.

— Я не ел. И хочу поесть.

— Ты прогнал служанку с едой! — возмутилась Виктория.

Девушка застонала и пошла к двери.

— Я говорю, Тори, ты всегда можешь уехать с Роэном.

— Мне иногда кажется, Дэй, что, если бы пострадал твой язык, пользы бы было больше! — парировала, улыбаясь, Тори.

— Ошибаешься, милая. Если бы ты знала, что этот язык умеет делать, ты бы так не говорила. Ты бы умоляла вылечить его.

В комнате на мгновение повисла тишина.

А потом по коридору послышались ее быстрые шаги.

Смутилась? Черт! А это надо только видеть!

Он скучал по ней. По губам, по телу, по ее мягким волосам… Но она не подходила к нему. Не целовала. И от этого он злился еще больше.

Последний раз ее пухлые губы целовали его неделю назад, еще в Лондоне. И он дико тосковал по ней.

Тори быстро шагала к кухне. Щеки ее пылали. Как она по нему скучала!

Но Дэй окружил себя невидимой стеной, и Виктория просто не знала, как к нему подобраться. Вернее, знала…

Боялась, что он ощутит кончиками пальцев ее несовершенное тело, ее шрамы… И больше никогда не захочет к ней прикоснуться.

Еще неделю он сводил ее с ума, словно избалованный ребенок. Пытаясь довести ее до такого состояния, когда она потеряет самообладание.

Но Тори пока держалась. Хотя порой ей хотелось его придушить.