(не) полюби дьявола

Его губы лишь немного шевелились, словно он пытался что-то ей сказать, но не мог.

И в одно утро Тори проснулась от его крика. Слезы радости покатились из глаз.

Он говорит! У него появился голос!

Она так и помчалась в одной ночной сорочке в его спальню.

Там был Дрейк. Он удерживал Дэймона, прижав его к кровати.

— Доктор сказал, что оно может вернуться, Дэй! — кричал на него друг.

В комнате повисла тишина.

— Где она? — его голос был холоден.

Гордон обернулся к девушке и покачал головой.

— Скажи ей, чтобы уезжала с Роэном, Дрейк. Пусть уезжает в Ирландию и выходит за него замуж. Скажи ей, прошу.

— Я никуда не поеду. — Тори бросилась к нему. — Слышишь? Ты не сможешь меня прогнать!

Дэймон почувствовал тепло ее руки. Желанное тепло. Но он не хотел, чтобы она видела его таким. Жалела его.

— Меня не надо жалеть, Тори.

Дрейк тихонько поднялся с постели и направился к двери, оставляя их наедине.

— Я не жалею тебя, Дэй. Я тебя люблю.

Мужчина почувствовал ее теплые губы на своих губах. Родные. Желанные. Но не мог видеть ее чудесных глаз. Не мог видеть ее.

— Тори, я прошу, уезжай.

— А чего ты хочешь? Чего? Провести свою жизнь с калекой? Быть мне служанкой? — он перешел на крик.

— Я хочу быть с тобой, и я буду! Нравится тебе это или нет! — так же закричала она.

— Ты будешь об этом жалеть! Рано или поздно ты меня возненавидишь!

— Нет! Я буду рядом!

— Глупая… — прошептал Хант, откинувшись на подушки. — Если ты хочешь стать моей служанкой, пожалуйста. Но знай, если я почувствую твою жалость, то прогоню тебя…

Виктория опять попыталась его поцеловать, но он отвернул лицо.

Она еще несколько минут просидела в полном молчании, а потом встала и направилась к двери.

— Глупый ты, Дэймон. Потому что не хочешь слушать свое сердце.

И она вышла за дверь.

Герцог открыл глаза, а потом снова закрыл. Только яркий свет и неясные силуэты. Нечеткие. Едва уловимые. Она была так близко… Он чувствовал легкий запах розы… Но не видел ее лицо. Не видел ее глаз.

При мысли о том, что Тори останется с калекой, который не сможет дать ничего, он злился. На ее глупость. Она отказывается от всего. От женского счастья, от дома, от семьи, что может дать ей ирландец.

Он даже не способен ее защитить! Теперь без посторонней помощи он не сможет даже ходить по собственному дому!

— Тори, я прошу. Уезжай.

И Виктория действительно в этот момент собирала вещи.

— Дрейк! Дэю стало лучше! Поэтому мы не можем больше злоупотреблять твоим гостеприимством! Мы уезжаем за город! — закричала она громко, чтобы это слышали все.

В том числе и этот упрямый мужчина, который так старательно ее прогонял.

И уже через день они были в загородном поместье.

И Дэймон Хант, судя по всему, решил сделать все для того, чтобы она его покинула.