(Не) отец моего малыша

Теперь что ему надо? Почему именно сейчас? Почему именно наш филиал?

Какого чёрта Большаков младший решил взять под контроль именно наш офис?

Из тысячи других возможных вариантов.

Быть может, из-за меня?

Узнал, что я здесь работаю? Решил отравить жизнь окончательно?

Хотя, даже к лучшему, что подлец соизволил объявиться как раз сегодня!

Посмотрим на его напыщенную рожу, посмотрим, как подонок запоёт, когда узнает, что нелюдь доигрался. Казанова, чёртов! Ребёнка мне заделал! И вышвырнул, на все четыре стороны, как какую-то грязную вещь!

Опробовал, получил, отымел…

Слов нет. Лишь боль и слёзы.

Я только-только перестала рыдать по ночам в подушку. Смирилась. Решила, что жить нужно дальше. Что этот кусок дерьма меня не достоин. Что, чем больше я плачу, тем слаще он радуется моим слезам.

Про таких людей смело говорят, что они не люди. А твари!

У которых нет ни души, ни сердца.

***

Проклятые десять минут казались мне вечной бесконечностью.

Я перемерила шагами весь коридор вдоль и поперёк. Сгрызла ногти почти до самого основания. Набросала в уме примерный план, с чего именно начну разговор и как буду себя вести во время злосчастной встречи.

Так! Главное соблюдать спокойствие. Быть уверенной и требовательной.

Я ни в чём не виновата. Вину должен понести ОН и только ОН.

Монстр. Нелюдь. Чудовище!

Ты обязательно ответишь за свои мерзкие грехи. Не сомневайся!

Дышала часто-часто, чтобы успокоиться. Нервы ни к черту! Тем более сейчас. Нервничать опасно. Я настолько сильно боялась и тряслась, как будто собиралась прыгнуть с семи тысяч метров вниз. Без парашюта.

Разговор будет сложным. И непростым.

В лучшем случае, он меня просто выслушает, пожелает хорошего дня и выставит вон из приёмной. А в худшем… без разбирательств уволит.

Застыла, прижавшись ухом к двери кабинета босса, как вдруг, услышала торопливые, нарастающие шаги. Дверь резко распахнулась. Я едва успела отскочить в сторону, спасаясь от стремительно вылетающей в коридор Катерины.

Девушка задыхалась. То ли от злости, то ли от возмущения. А может, от всего разом. Глаза горят ненавистью, губы дрожат, ресницы слиплись от слёз.

– Он полный урод! Невменяемый психопат! Хуже самого дьявола, млять! Выговор мне влепил, сноб напыщенный, и в отпуск не пустил в следующем месяце. И как ты только с ним… Бля! Ладно. Пошла я работать, а тебе – удачи и терпения.

Выругавшись на одном выдохе, Катя быстро убежала прочь, в сторону лестницы. Сердце забилось ещё резче, после того, когда я увидела, в каком состоянии моя подруга выскочила из кабинета генерального люцифера, чтоб его.

Тянуть время бесполезно. Перед смертью ведь не надышишься.

Сжав руки в кулаки, практически до хруста в суставах, тихо-тихо прошептала:

«Ты справишься, Лиля! Ты сильная».