(Не) отец моего малыша

– Это в-ведь значит… отрицательный результат? – меня колотило так дико, что зуб на зуб не попадал.

– Тебе соврать, подруга, или как?

– Нет. А смысл? – Просунула тест в отверстие под дверью.

Пусть подруга ещё раз проверит.

Может у меня галлюцинации разыгрались на фоне чёртового отравления!

– Так и знала! – Громко воскликнула Катька. Чуть тише добавив. – Лиль… ты беременна.

***

А я молчу.

Обхватываю руками голову и срываюсь в немом крике. Потому что её слова будто звучат где-то далеко-далеко, как в тоннеле.

– Не знаю, что сказать. Поздравить, или как?

Словесная тишина.

Лишь сдавленные, отчаянные рыдания, доносящееся с противоположной стороны двери.

– Лиль! Лиииль!

Ноль эмоций.

– Ладно, выходи. Поговорим, по-сестрински.

Еле-еле нахожу в себе силы, чтобы выбраться из кабинки.

А потом просто вешаюсь ей на шею и реву.

– Ладно, ладно успокойся. Всё хорошо, хорошо, девочка. Не плачь! – Гладит, успокаивает… Бесполезно. Истерика, напротив, лишь усиливается.

– К-как так? Почему! За что? Не правда всё это! Ложь! Бракованный попался! – Бормотала, не совладая с собственной головой и языком, проглатывая слёзы и картавые стоны. На эмоциях. На интуитивном уровне. Я пыталась отрицать суровую реальность.

Сегодняшний день – не иначе как страшный кошмар.

Так не бывает. В моём случае…

Абсурд. Цирк. И полный бред.

Один раз. Всего лишь ОДИН долбанный раз.

– Давай, ещё один сделаю. – С надеждой смотрю в лицо лучшей подруги, которая с сочувствием растирает мои слёзы ладошками по щекам.

– Ну, попробуй.

Зачем это делаю? Мы ведь не маленькие, обе знаем, что в девяносто девяти процентах тесты всегда дают верные результаты. А с кое-какими симптомами, как у меня сейчас, например, и вовсе лжи быть не должно на все сто процентов.

Наверно, я просто надеялась на случайное чудо. Надежда ведь умирает последней. Но, как оказалось, второй тест, более дорогой, импортный, тоже показал нам две полоски. Жирные такие. Чёткие! Отчего, я впала в ещё больший шок, практически безвольной куклой осев на холодный, кафельный пол.

Катька мне быстро воды в лицо плеснула, по щекам похлопала.

– Всё! Хватит. Соберись, девочка! Не время киснуть. А нужно во всём немедленно разобраться.

Да, Катерина права. Прошлое не вернуть. Шрамы не затянуть до идеальной глади.

Но виновник, посмевший надругаться над моим телом, над моей изорванной в клочья душой, обязательно должен понести наказание, признав собственные ошибки.

– Давай немного приведём тебя в порядок. – Катя помогла мне подняться на ноги, подвела к зеркалу, умыла. Достав из сумочки расчёску, провела ей по длинным, светло-русым прядям. Я, в этот момент, стояла никакая. Бледнела и чахла прямо на глазах.