Я на тебе никогда не женюсь

Только пролетали на вороных конях летучие отряды гвардейцев.

— Ворота так и не открыли, — шептались горожане победнее, которых нужда гнала в лавки и на рынок.

— Стражников-то гвардейцы сменили, — оглядывались кумушки, — Ох, не к добру…

— А лорда такого-то еще по ночи увезли, — закатывала глаза булочница, которой ночью почему-то не спалось, и она отправилась в свою пекарню, чтобы поставить тесто для булочек с пряностями. А уж почему она пробиралась к пекарне через Королевский парк — так заблудилась. Да. Именно так — задумалась, снежок шел хлопьями, луна светила в полсилы… Вот и заблудилась….

— Уж не с конюхом ли такого-то лорда блудила? — свойски подмигивала булочнице знахарка, которая этой же ночью возвращалась от захворавшей купеческой дочки. Дочка расхворалась здоровым, крепким мальчишечкой, и теперь купец крушит лавку, не зная — куда бежать в поисках заразы, наградившей его званием деда…. М-да…

Однако кумушкам приходится разбежаться по своим домишкам. Подальше от будто взбесившихся гвардейцев.

Так что нынче с самой ночи скачки были только у черных карет без гербов, да у личной гвардии Его Величества Златовласа.

Сам Златовлас Семнадцатый в сопровождении лорда Свитана сейчас подходил к подземному каземату.

— Что с Ангелом? — спрашивал Его Величество. — Пришла в себя?

— Дядя сказал, что все еще без сознания, — мрачно отозвался лорд Свитан. — Шанти-таль остался с нею и Вальен-талем. На всякий случай.

***

Пытки — это всегда страшно. Пытки — это мерзко, грязно и кроваво. И если ты не садист — переносить боль и страдания людей тяжело. Даже если на дыбе корчится твой враг. Заклятие правды, говорите? А кто вам сказал, что от него муки легче?!

Король смотрел на хрупкую девичью фигурку, пристегнутую за руки к костылям, вбитым в стену. Она все еще стояла обеими ногами на полу, но руки уже затекли, и девушка едва сдерживала слезы и мольбу. В глазах плескался неприкрытый страх.

— Ваше Величество, за что? — шептала она, — За что?! Я ничего плохого не хотела….

— И так уже целый час, — вздохнул громадный мужик в красном колпаке с прорезью для глаз. Излишней жалостью он не страдал: за годы службы главным палачом насмотрелся на хрупких леди, которые не гнушались ни ядов, ни отравленных шпилек, ни острых кинжалов."

"— Ничего запрещенного при ней не обнаружено, — тихо сказал помощник палача, в обязанности которого входило подробное описание происходящего в пыточной. — Никакого оружия, никаких подозрительных вещиц. В швах платья не вшито ничего лишнего. Отравленных булавок, шпилек, заговоренных цепочек, перстней с ядовитым содержимым так же не обнаружено.

Капитан кивнул в знак того, что услышал доклад.

— Но ведь зачем-то она шла к хранилищу, — тихо сказал король.