Ничего не возьму с собой

И сейчас Аня смотрела на стоящих у гроба Игоря людей и думала о том, что по-настоящему скорбит о нем, наверное, только отец.

Сама Аня заняла место позади прощающихся. Она совсем уж было решила не приходить, потому что категорически не хотела видеть Игоря таким. Там, в этом ящике, который скоро заколотят, опустят под землю и зароют. И смысла во всем этом нет, потому что самого Игоря в этом ящике точно нет, есть только поврежденное тело, которое не смогло удержать в себе Игоря. Или то, что делало это тело собственно имеющим индивидуальность объектом. А теперь это просто кучка гниющей органики.

Аня вдруг подумала: а что, если все не так, как все предполагают? Что, если искорка сознания все-таки остается и вот сейчас внутри этого тела, наряженного в нелепый костюм, исходит криком ужаса Игорь? А никто его не слышит? И он все будет осознавать: и то, что его вскрывали, и то, что его сейчас выставили на всеобщее обозрение, и то, что он внутри разлагающегося куска плоти, и тем более — когда его зароют, и…

Она даже головой тряхнула, отгоняя от себя эти мысли. Слишком мрачно!

Но, если не думать об этом, остается другое: кто-то убил Игоря, и убийца, возможно, сейчас в толпе прощающихся. Собственно, ради этого Аня и пришла на церемонию прощания. В том их последнем телефонном разговоре Игорь сказал, что кое-кого видел, кого не должно было быть в магазине. Но что он хотел сказать? В магазин может прийти абсолютно любой человек, и нельзя сказать, что он не должен быть здесь.

А значит, Игорь имел в виду кого-то, кому не было места именно на складе.

Аня чувствует руку Никиты на своем плече. Она безмерно благодарна ему за то, что он пошел с ней, в то время как у него самого тяжелая ситуация и надо быть рядом с матерью. Аня вдруг поймала себя на мысли, что смотрит на своих родителей, как на посторонних людей. Она больше не принадлежит им, да она и нужна-то им никогда не была. А вот Игорю она была очень нужна, и Никите сейчас тоже.

«Я не вернусь домой. — Аня закрывает глаза, ощущая только руку Никиты. — Ни за что! Пусть живут как хотят, а я… Ну, пока у Никиты поживу, если он позовет. А нет, так квартиру себе сниму. Деньги в принципе есть, и хоромы мне не нужны, все равно прихожу только ночевать».

Она вдруг осознала, что с этим домом и с этими людьми ее связывал только Игорь, которого она с самого детства привыкла поддерживать и защищать. Игорь, который не понимал окружающий его мир и очень сложно заводил какие-то социальные связи.

«Они обе по сей день живут так, словно нас у них нет. И мать Игоря сейчас ведет себя так, как вела бы себя моя мать, если бы вдруг я умерла. — Аня смотрит на гладкое лицо матери и думает о том, что она понятия не имеет, что за человек ее мать. — А мы-то с Игорем привыкли, что мы есть друг у друга.