Я не Монте-Кристо

Достаточно отследить публикации о вашей бурной личной жизни."

"— Слушай, я не понял, ты что, меня ревнуешь? — Никита поднял брови и получил истинное наслаждение от вида задыхающейся от возмущения Фон-Россель. Он даже поднялся выше на ступеньку, чтобы лучше рассмотреть. — Должен заметить, что журналисты готовы даже уборщицу в моем офисе записать ко мне в любовницы, и коль уж у нас все так откровенно, то услугами проституток  я не пользуюсь, предпочитаю эскорт. А там да, у меня есть парочка постоянных девушек.

Фон-Россель изменилась в лице и зашипела, как змея, но тут распахнулась дверь, и из-за спины матери показался именинник.

— Никита! Ты пришел! — он бросился к Елагину, но уже подбегая, затормозил, стушевавшись, и тот сам пришел на помощь.

— Привет, Данька! С днем рождения, расти большой и толстый. Это тебе! — он присел перед мальчиком и протянул ему подарок.

— Спасибо! — вспыхнули серо-голубые глаза, тут шею Никиты обвили тонкие как веточки руки, и он замер он незнакомых ощущений, внезапно нахлынувших и оглушивших своей глубиной.

Сальма смотрела на них чуть ли не с ужасом, что немного отрезвило Елагина, хотелось показать ей средний палец, но это было грубо по отношению к женщине, а так не язык же ей показывать, он не совсем еще сошел с ума. И Никита ограничился ухмылкой.

— Пойдем, — потянул его в дом Даниэль, — поиграем в эту игру вместе.

— А разве к тебе не придут друзья? — спросил Никита, следуя за ним. — Я не помешаю?

— У меня нет друзей, — поджал губы Данил, — никто не придет.

— Как нет друзей? Но почему? Ты еще не успел ни с кем подружиться?

— Я не популярный, — пожал плечами мальчик, — я слабый, со мной не интересно.

В груди Никиты шевельнулась жалость, такая грусть сквозила в детском голосе. Он протянул руку и бодро сообщил:

— Ну тогда я буду твоим другом, хочешь?

И был полностью вознагражден знакомой щербатой улыбкой. Данил утащил Никиту в свою комнату, которая на взгляд Елагина была слишком просторной для мальчика. Они расположились на ковре и распаковали головоломку.

Никита опомнился спустя два часа, он не на шутку увлекся построением лабиринтов, но при этом старался дать мальчишке возможность думать и самостоятельно подбирать нужный вариант, даже если для него самого решение было очевидным.

— Данька, ты вот это доделай без меня, я сейчас приду, — поднялся он с пола, распрямляя затекшую ногу. А потом отправился на поиски хозяйки дома.

Далеко ходить не пришлось, она сидела на диване в холле, сцепив пальцы, будто поджидая Никиту, но тому некогда было разбираться. Схватил ее за локоть, поднимая с дивана, и потащил в открытую дверь одной из комнат.

— Что вы себе позволяете, — возмущалась та, делая попытки вырваться, но куда ей было противостоять железной хватке Елагина.