Не мешайте палачу

"

"Он собрался было уже откинуть одеяло, чтобы встать и взять какую-нибудь книгу, но передумал. Слишком их много, хороших книг, чтение которых приносит успокоение и забвение. Не время сейчас. Сперва он разберется с той проблемой, которая внезапно возникла у Минаева. Потом доведет до конца начатое дело. Потом все войдет в привычную колею, Антон Андреевич, встав на место Булатникова, будет давать ему задания, а он будет их выполнять, поручая отдельные звенья комбинации Ларкину, Гарику или Карлу. Риты нет больше. Жаль. Кто же ее убил? И почему?

Павел машинально полез в карман куртки за блокнотом, где у него был записан телефон Анастасии. Может быть, убийца Риты уже найден? Ах да, Минаев не велел пользоваться телефоном. Ладно, можно подождать. Какая-то странная полоса началась в его жизни. Все приходится откладывать на потом. Позвонить насчет Риты – потом. Читать любимые книги – потом. И жить, наверное, тоже потом.

И когда же оно наступит, это расплывчатое «потом»?

* * *Ко второй встрече Михаила Давидовича Ларкина с торговцем сосисками Виталием Князевым оперативники готовились так, как в свое время вся страна готовилась к юбилею Октября. Встреча состоялась, длилась она три с половиной часа и проходила в Графском переулке, в квартире Ларкина. Через два часа после встречи на стол полковника Гордеева легли две кассеты – видео– и магнитофонная. Технику для записи собирали с миру по нитке, а за «люльку» строителей, при помощи которой всю эту технику «присобачивали», пришлось просто платить наличными, выскребая из карманов десятитысячные купюры.

На экране видеоплейера Ларкин вполне мирно беседовал с Князевым. Правда, беседа была какой-то однобокой – говорил в основном Ларкин, а Князев лишь изредка подавал короткие реплики. Зато наблюдать за самим Князевым было очень интересно. У него была довольно живая мимика, в начале беседы с лица не сходила дурашливая ухмылка, он то и дело хихикал, строил Ларкину рожи и подмигивал. И вообще производил впечатление полного придурка. Постепенно дурашливость исчезла, лицо разгладилось, Князев больше не хихикал и не кривлялся. Он сидел в кресле напротив Ларкина, расслабленно положив руки на подлокотники, полуприкрыв глаза и мерно кивая в такт словам Михаила Давидовича. Потом Князев медленно встал и лег на диван, вытянувшись на спине. Со стороны казалось, что он спит, но он периодически поднимал то одну, то другую руку и делал какие-то непонятные жесты, после чего Ларкин одобрительно кивал, и Князев опускал руку. И так на трех кассетах.

Потом поставили видеозапись сначала и включили магнитофон, стараясь хотя бы приблизительно совместить звук и изображение. Полчаса шел разговор ни о чем.