Не мешайте палачу

А теперь, поняв, что мы в чем-то становимся для него опасны, он хочет выкрутить нам руки. В первую очередь – мне как вашему начальнику, отдавшему вам обоим незаконный приказ. А заодно и вам как исполнителям незаконного приказа. Умный я все-таки, что Настасью в это не втянул, а то и она загремела бы под фанфары. Но, дети мои, думать надо не об этом. О другом.

Он замолчал и принялся медленно расхаживать по узкому длинному кабинету. Юра и Николай сидели тихо, они знали, что, когда начальник думает, мешать ему нельзя."

"– Правильно сказал Юра, случись нужда – своих сдают без жалости и сомнений. Не просто так, ради развлечения и смеха, а именно в случае нужды. И думать надо о том, какая такая нужда может случиться у генерала Минаева. Уж конечно, не ремонт автомобиля и не протечка потолка в квартире. Зачем ему нужен козырь в виде наших с вами незаконных действий? Чтобы нас с вами, дети мои, удавить, причем удавить без звука. Перекрыть нам кислород. Он обратится к своему руководству с рапортом о том, что обнаружил за собой наблюдение. За ним пустят наружников из ФСБ и выяснят, кто еще за ним ходит. То есть вас, сынки, накроют с поличным. После чего меня вызовут на мягкий ворсистый ковер и начнут иметь. И я в этой ситуации должен буду что-то им сказать, дать какие-то объяснения. Тут у меня будут два пути. Или сказать правду, понимая, что через полчаса все мои туманные подозрения и имеющаяся фактура станут известны Минаеву. Или сказать неправду, соврать, иными словами. Тогда эту неправду надо придумать, отшлифовать и нам всем троим выучить назубок. Чтобы не было ни малейших расхождений.

– А правда, Виктор Алексеевич, – внезапно оживился Коля Селуянов. – Пусть нас накроют. Мы им дезу запустим.

– А с работы вылететь не страшно? – прищурился Гордеев. – Я уж не говорю о том, что меня тоже могут выпереть под зад коленкой. Тебе меня, старика лысого и больного, не жалко?

– Так это ж с умом надо придумать, чтобы прицепиться никто не мог. Давайте гнуть линию, что мы разрабатываем человека в темных очках, который по приметам проходит у нас по ряду нераскрытых преступлений. Дескать, мы вообще не Минаева работаем, а этого очкарика. Очкарик вступил в контакт с неизвестным гражданином, мы за этим гражданином и потащились, как ослы за морковкой. И знать не знаем, кто он есть на самом деле. А что?

– Авантюрист ты, Николаша, – вздохнул Юра Коротков. – Да кто же нам поверит, что мы тупо ходим за неизвестным гражданином уж который день и не удосужились установить его личность. А если установили, то обязаны были доложить, что это генерал из ФСБ, и тут же получили бы приказ «не сметь». Правилами не положено.

– Стоп! – поднял руку Гордеев. – Правильные вещи говорите, мальчики.